КОПИРОВАНИЕ ИНФОРМАЦИИ КАТЕГОРИЧЕСКИ ЗАПРЕЩЕНО

Я слышал, что Майкл Джексон был Свидетелем Иеговы. Хотелось бы знать эту историю поподробней…

Максим Золотов, Санкт-Петербург


Майкл Джексон

Жизнь великого и неподражаемого Майкла Джексона всегда была окутана тайной. Одна из них связана с Обществом Сторожевой Башни, поэтому неудивительно, что члены ОСБ уже многие годы старательно переписывают биографию человека, не смирившегося с авторитарной системой.

Но обо всём по порядку.

Чтобы окунуться в прошлое, в историю жизни выдающейся легенды, мы обратим особое внимание на две книги. Первую написала старшая сестра Майкла, Ла Тойя Джексон. Её автобиография «Жизнь (в другом варианте: взросление) в семье Джексонов» в начале 1990-х наделала немало шума. Вторая книга Рэнди Тараборрелли «Майкл Джексон: волшебство и безумство» считается наиболее полным трудом о великом исполнителе, собранном из воспоминаний и интервью с родственниками и близкими семьи, а также с самим Майклом. Как и на Западе, в России книга переиздавалась неоднократно в разных вариациях и под разными обложками («Thriller», 2003; «Жизнь короля», 2009).

Майкл Джексон родился в августе 1958 года и был восьмым из десяти детей небогатого семейства. Когда Майклу исполнилось пять лет, его мама, Кэтрин, человек весьма религиозный, после неудачных экспериментов с выбором религии, решила примкнуть к Свидетелям Иеговы.

«В 1963 году Кэтрин приняла крещение в бассейне средней школы имени Рузвельта в Гэри. С тех пор мать требовала, чтобы каждое воскресенье вся семья надевала свою лучшую одежду и шла вместе с ней в Зал Царства — место их собраний. Джозеф [отец Майкла], воспитанный в лютеранских традициях, сходил вместе со всеми пару раз, исключительно ради жены, но бросил это занятие, когда дети были еще маленькими, «потому что это было очень скучно», вспоминает Марлон [старший брат, погодок Майкла]. Между тем со временем Ла Тойя, Маурин [самая старшая сестра в семье] и Майкл стали очень серьезно относиться к своей религии. Впрочем, если бы он исповедовал любую другую, он наверняка вырос бы совсем другим человеком.

«Я не помню, чтобы они обсуждали вопросы своей религии где-то кроме семейного круга, — вспоминает Инна Браун. — Я знаю, что Джозеф совсем этим не интересовался. Но Кэтрин настолько рьяно защищала свои религиозные убеждения, что он никогда не мог ее ни в чем разубедить. Она хотела, чтобы все дети следовали этому учению, отец не противоречил. Ему было все равно, что она делает, только бы не заставляла его присоединиться ко всему этому.

Свидетели Иеговы прилагают много усилий, чтобы отгородить себя ото всех других религиозных направлений. «Конечно, — говорит Инна Браун, — у Кэтрин не было настоящих друзей на стороне». «Многие соседи думали, что они немножко странные. Они считали себя выше других, — вспоминал другой дальний родственник — Джонни Джексон. — Когда люди узнали, что они Свидетели Иеговы, многие стали их бояться. Никто, конечно, не понимал толком, кто такие эти «свидетели». Кэтрин ходила от дома к дому, проповедуя свою веру. Иногда брала с собой детей. Тем не менее ни один человек так и не мог понять, о чем она говорит. А те, кто понимал, были испуганы до смерти и говорили, что это очень страшная религия».

«Они никого не подавляли своими убеждениями, — говорила Глэдис Джонсон, директор начальной школы Гарнетт, где учились дети Джексонов. — На Рождество, Пасху или иной праздник они просто не приходили в школу. Конечно, мальчики никогда не вставали при поднятии флага, но при этом они вели себя настолько тихо, что это оставалось почти незамеченным».

На первый взгляд кажется удивительным, что у Свидетелей Иеговы так много черных последователей — 20—30 процентов членов этого религиозного течения. Но когда людей, вынужденных заниматься неблагодарной работой и не имеющих практически никакой надежды получить что-то лучшее из-за цвета их кожи, спрашивают: «Вы хотите жить в мире и счастье?» — они иногда начинают слушать. И тогда начинают понимать, что Свидетели Иеговы ценят друг друга только по их душевным качествам… Будучи приверженной ценностям, которые она проповедовала, Кэтрин научилась удовлетворяться тем, что имела в Гэри [неблагополучном с точки зрения криминала городе США, где афроамериканцы составляют почти 85% населения].

Но Джозеф, который теперь в ночную смену работал на сталелитейном заводе «Инланд», а в дневную — на «Америкэн Фаундриз», мечтал о большем для себя и своей семьи» («Волшебство и безумство»).

Майкл Джексон
Юный Майкл Джексон

Так, благодаря упорной инициативе отца семейства, привлекшего своих отпрысков к музыке, и возникла детская группа «The Jackson», в которой Майкл участвовал с шестилетнего возраста. А в возрасте 12 лет он уже был широко известен как незаурядный вокалист и танцор.

Параллельно с успехом на сцене существовала и религия. Вот что вспоминает сестра Майкла, Ла Тойя:

«Следуя учению Иеговы, я строго придерживалась заповедей. Одна из них запрещала слушать песни, текст которых содержит намеки на секс. Поэтому я не слушала почти никакой поп-музыки, даже пластинок с записями моих братьев. Мы ведь могли дружить только с братьями по вере. В частной школе, где мы учились с Майклом, Рэнди и Марлоном, мы почти не знали однокашников, в то время как дети ярких звезд были нашими одноклассниками, например, дети знаменитого киноактера Марлона Брандо.

Ла Тойя рядом с Майклом
Ла Тойя рядом с Майклом

Мы подружились с одной девочкой, которая тоже была иеговисткой. Дарлис была моей первой и единственной подругой вне семьи, и мне было очень интересно проводить с ней время. Она была одной из немногих девочек, которые не млели в присутствии Майкла. Она обращалась с ним так же, как с остальными детьми, что очень нравилось Майклу.

Каждый день после обеда мы втроем читали Библию и вместе ходили на проповеди. На одном из собраний Дарлис спросила одного из так называемых старейшин:

— Почему я спасусь во время страшного суда, а мои родители — нет? Даже если они не знают учения Иеговы, они добрые, хорошие, любимые мной люди.

Ответ старейшины был типичным. Он процитировал строки, которые подтверждали его точку зрения, но в принципе он не смог ответить на вопрос Дарлис. Поэтому она написала письмо, в котором изложила свои мысли, чувства и сомнения.

Это рассердило других старейшин.

Однажды меня задержал муж Ребби [т.е. Маурин, старшей сестры], Натаниэль, который тоже был старейшиной.

— Ла Тойя, — сказал он,— ты не должна больше никогда разговаривать с Дарлис. Никогда.

— Но почему же?

— Она отлучена от веры, а такие люди для нас больше не существуют. Их надо избегать.

— Но она же моя лучшая подруга,— запротестовала я.

Но ничего не оставалось, как справиться со своими чувствами. Больше никогда ни я, ни Майкл не видели Дарлис. Нам очень не хватало ее, и мы впервые начали подвергать сомнению некоторые заповеди, которые всегда считали непререкаемыми истинами («Жизнь в семье Джексонов»).

Ла Тойя Джексон
Ла Тойя Джексон

Так совсем юная «возвещательница» столкнулась с неправомерными репрессиями системы, которую изначально боготворила как религию своей матери. Далее Ла Тойя пишет:

«Старейшины должны были также порицать тех, кто одевался и вел себя, по их мнению, вызывающе. Майкл, кумир миллионов, постоянно терпел упреки то за длину своих волос, то за ширину брюк. Мой брат любил яркие цвета, особенно красный.

— Ты носишь одежду слишком ярких тонов, чем возбуждаешь излишнее внимание к своей персоне. Тебе больше к лицу черное или коричневое.

Были даже такие «братья по вере», которые не хотели именно из-за этого иметь с нами ничего общего.

Не смея больше видеться с Дарлис, я проводила много времени с мамой. Она стала моей лучшей подругой, о чем многие матери могут только мечтать. Мы вместе ходили в Зал Царства, а когда ехали утром в школу, мы специально делали круг, чтобы поговорить друг с другом. Мать любила всех детей одинаково, но у меня было такое ощущение, что я была на особом счету.

Что бы я ни надевала, что бы ни делала, мама всегда гордилась мной. Я была очень счастлива от этого и не представляла себя в обществе других людей. Мне было уже шестнадцать, а я еще ни разу не встречалась с мальчиком. Наша замечательная учительница миссис Фаин иногда допрашивала меня дружеским тоном:

— Ла Тойя, у тебя есть парень? Мне можно сказать об этом.

— Нет, миссис Фаин,— отвечала я смущенно.

— Знаешь, дорогуша, ты теряешь лучшие годы своей жизни. Однажды вспомнишь и пожалеешь об этом. У такой красивой девушки, как ты, должен быть парень. Мне тебя жаль.

Ее доброжелательные вопросы, однако, ничего не изменили в моей жизни в последующие пять лет. Мои ответы оставались прежними. Согласно нашей вере, думать о противоположном поле — грех. Если мне нравился парень, если я находила его привлекательным, я исповедовалась старейшине» («Жизнь в семье Джексонов»).

Кэтрин Джексон
Кэтрин, мать Джексона

С волной успеха юных музыкантов семейства Джексон мать начала проявлять разноречивые чувства. С одной стороны, гордость за детей, но с другой - тревогу:

«Кэтрин была столь же воодушевлена успехом своих мальчиков, как и ее муж. Она жаждала увидеть своих детей знаменитыми. Ей очень нравилось для них шить костюмы, быть шофером, когда они ездили на концерты, и делать все, что от нее могло потребоваться.

Иногда, правда, с ней возникали трудности. Духовные ценности семьи стали меняться. Если раньше музыкой семья занималась только ради удовольствия, то теперь появилась и тема финансов. Оказалось, что, заработав однажды денег, хочется получать их еще и еще. Но если Свидетели Иеговы подчеркивают, что хорошая работа гораздо важнее, чем деньги, так почему же деньги вдруг стали так важны? Она была обеспокоена тем, как счастливы были дети, когда возвращались домой с карманами, набитыми долларами. «Это неважно», — говорила она им. Но какой ребенок поверил бы ей, она сама подталкивала их выигрывать больше конкурсов талантов и тем самым зарабатывать больше денег. Она аккуратно вырезала из газет все заметки об их победах и вклеивала их в специально заведенный для этого альбом. Очень волновалась, что мальчиков не «откроют» вовремя и всячески подталкивала Джозефа, чтобы он позаботился об этом» («Волшебство и безумство»).

Ла Тойя подтверждает эти наблюдения. Мать Кэтрин действительно вела себя довольно непривычно для правоверного Свидетеля Иеговы. За показной религиозной щепетильностью и пуританством проглядывается весьма независимая женщина, не позволяющая системе ОСБ слишком глубоко проникнуть в её дом и душу. Как мы увидим далее, лидерам ОСБ придётся пойти на попятную. Там, где любая другая мать потеряла бы детей и семью, в данном случае – как это было не раз, когда речь заходит о богатых и влиятельных людях, - элита идет на компромисс с выдуманными ей же «заповедями Иеговы» и позволяет адепту существовать вне системы, или по терминологии Сторожевой Башни – абсолютно легально «жить двойной жизнью».

Ла Тойя, которую отец желал видеть вокалисткой, вспоминает:

«До двадцати четырех лет я слушала только Фрэнка Синатру [сосед Джексонов после переезда на Беверли-Хиллз]. Даже если я слушала что-то уж совсем невинное, как, например, пластинку Питера Фрэмптона, я боялась, что совершаю грех. Если же по радио звучала песня сомнительного содержания, я, как верная последовательница учения Иеговы должна была тут же выключить его.

Легко представить мое возмущение, когда я воспротивилась тексту своей первой песни. Одна строка в ней звучала так: «Если ты бздишь — шевели бедрами».

— Эту песню,— решительно заявила я отцу,— записывать не буду.

— Но это же очень хорошая песня, — возразил он. — Что ты нашла в ней плохого?

— Мне неприятно петь такое. Я просто не смогу себя заставить.

В конце концов, победил отец, который позвал на подмогу маму. Это меня просто поразило. Как активистка собрания Иеговы мать должна была разделить мои сомнения, но она настояла:

— Сделай это!

Я засомневалась: может быть, и в самом деле песня не такая уж скверная, как мне показалось. С этого дня отношение к моей сольной карьере со стороны матери становилось все более противоречивым. Все предложения казались ей недостойными меня. Она отклоняла один контракт за другим. И тот факт, что мать могла даже оспорить мнение Джозефа-менеджера, говорил о том, что она на моей стороне. Но я не знала, что отцу и Майклу она говорила, что это я сама из чистого упрямства и нежелания отклоняю контракты. Зачем она придумывала такое?

Я старалась не обращать внимания на подобные увертки матери. В конце концов, мы целые дни проводили вместе, если Майкла не было дома…

Так как у меня не было друзей, со временем я становилась все более зависимой от матери. Поэтому мой брат Джеки спросил однажды полушутя:

— Ла Тойя, что бы ты стала делать, если бы мама умерла? Наверное, велела бы похоронить себя с ней рядом, потому что вы целые дни проводите вместе. Я этого не могу понять. Ты не хочешь найти себе друга?

Джеки пытался в шутливой форме сказать мне правду, и я знала, что он прав. Если бы мама умерла, я действительно не знала бы, куда деваться. Жизнь стала бы для меня пустой» («Жизнь в семье Джексонов»)

Ла Тойе и Майклу приходилось проповедовать. Человеку, популярность которого росла буквально на дрожжах, делать это было крайне нелегко.

«В то время, когда мои братья встречались с девушками, у меня не было интереса к противоположному полу. Причина в том, что я и Майкл были послушными иеговистами. К этому времени большинство наших братьев и сестер потянулись к религии. Пять раз в неделю мы с мамой изучали Библию и ходили в Зал Царства. Каждое утро Майкл и я стучались во многие двери Лос-Анджелеса и распространяли слово Иеговы. Когда Майкл стал известным, он должен был переодеваться.

— Доброе утро,— ангельским голоском говорил брат, когда открывалась дверь.— Мы хотели бы поговорить с вами о том, что может сделать человек, чтобы справиться с проблемами, которые нас окружают. У вас есть немного времени для меня?

Реакция была разной, но каждый раз, если в дверях стоял подросток, он показывал на моего брата и выпаливал: «Это Майкл Джексон!»

— Дорогой, не говори глупостей!— уговаривали его мать или отец.

— Нет, это точно,— настаивал ребенок, не отрывая глаз от Майкла, который готов был провалиться сквозь землю.

Правда, за нами в таких случаях обычно следовала машина с охранниками. Майкл производил на детей такое же впечатление, как крысолов на мышь, и меня всегда поражало, как быстро они узнавали его переодетым, в то время как родители ошибались.

Мы не боялись входить в чужие квартиры, хотя и понимали, что занимаемся рискованным делом: а вдруг кто-то узнает Майкла, возможно, схватит его или похитит, требуя выкуп? Однажды, когда Майкл пошел выполнять миссионерскую службу без меня, он попал в переделку. Вдруг из-за угла на него набросился огромный пес. Брошюры о служении Иегове полетели в разные стороны, а мой брат, не чуя под собой ног, вылетел на улицу. Рычащий монстр схватил его за ногу. Майклу удалось удрать от пса: помогла многолетняя привычка спасаться от Джозефа» («Жизнь в семье Джексонов»).

Даже в свои 25 дет Майкл продолжал проповедовать, во всем следуя примеру матери.

«В свои 25 лет Джексон был очень богатым молодым человеком. Несмотря на славу и огромное богатство, Майкл ходил по домам с проповедями от «Свидетелей Иеговы» дважды в неделю по 1—2 часа. Они с матерью также посещали собрания Свидетелей.

С накладной бородой и усами, в шляпе и очках, чтобы не узнали, однажды утром Майкл стоял перед дверью дома в калифорнийском предместье. «Я здесь, чтобы говорить с вами о слове божьем», — сказал он молодой девушке, открывшей ему. Дверь захлопнулась у него перед носом. Он пошел в следующий дом. На этот раз его пригласили войти. Луиза Джилмор из городка Тысяча Дубов вспоминает день, когда ее навестил Майкл Джексон: «Это было очень странно. Сначала я подумала, что меня кто-то разыгрывает. Молодой чернокожий мужчина стоял у моих дверей, у него были явно накладные усы и борода, на голове — широкополая шляпа. Лицо было слишком нежным для всей этой растительности на лице. Он был похож на мальчика, изображающего взрослого. Тоненький голосочек и вполне безобидная внешность. «Можно поговорить с вами минутку?» — вежливо спросил он.

Достав книги и брошюры, молодой человек произнес небольшую речь о Свидетелях Иеговы, на которую я не обратила внимания, поэтому не могу передать, о чем он говорил. Потом выпил стакан воды, поблагодарил меня и пошел своей дорогой. Единственное, что я подумала в этот момент, было: «Боже, какой вежливый юноша». На следующий день соседка сказала мне: «К вам тоже приходил Майкл Джексон?» Я чуть не упала в обморок. Я сохранила эти брошюры как сувениры. Нет, я не приняла их веру».

Джозеф Джексон
Джозеф, отец Майкла Джексона

На самом деле в душе юного Майкла всё было далеко не безоблачно, и проповедь по домам являлась всего лишь одним из проявлений той колоссальной борьбы, которая разрывала его нежную душу.

С малых лет отец применял к нему физическую силу и публичные оскорбления. Порой, когда отец выходил из его комнаты, Майкла могло вырвать – настолько он боялся Джозефа. В мальчике он видел предмет заработка, но никак не сына. Даже будучи взрослым, в интервью, прямо во время съёмок, коснувшись темы воспитательных мер отца, Майкл не смог удержаться от слёз и плакал, закрыв лицо. Лишь в 2003 году Джозеф Джексон признался, что избивал и унижал сына.

С другой стороны у Майкла была защита – мать, любовь к которой с годами лишь усиливалась, перерастая в гипертрофированное чувство. Он боготворил мать, называя её «святой», и ревновал к ней отца каждый раз, когда тот её обнимал.

Всю эту душевную коллизию усиливала религия, которая принадлежала матери, а значит такая же святая и непорочная. Отсутствие друзей вследствие запрета на близкое общение вне культа, переживания за родных, кто не стал Свидетелем Иеговы, строгая мораль, в которую поместили совсем юные существа – всё это следствие религии, которая отнимала у мальчика детство, что и без того с успехом получалось у собственного отца. Неудивительно, что Джексон навсегда остался ребёнком, человеком, чувствовавшим себя свободным лишь в окружении детей, для которых строил невероятной красоты замки. Он так и не повзрослел…

Фрэнк Синарта был другом семьи Джексонов и их соседом в Беверли Хиллз
Фрэнк Синарта был другом семьи Джексонов и их соседом в Беверли Хиллз
Майкл в образе Чарли Чаплина
Майкл в образе Чарли Чаплина
Джексон обожал Фредди Меркьюри. Но создать совместный клип они не успели
Джексон обожал Фредди Меркьюри. Но создать совместный клип они не успели

Специальная рамка: Майкла обиняют в педофилии

Neverland
Волшебный парк «Neverland»

На гребне волны успеха Джексона неоднократно обвиняли в педофилии, что в итоге окончательно подорвало его здоровье вследствие переживаний и стрессов.

Первое обвинение прозвучало в 1993 году. На защиту Майкла встала его будущая супруга Лиза-Мари Пресли, дочь Элвиса Пресли (брак состоялся в 1994 году). В одном из интервью Майкл, по детской наивности, совершил роковую ошибку. Он заявил, что в его кровати бывают дети, и это нормально. Пресса накинулась на Джексона с еще большим остервенением. Но лишь самые близкие люди понимали, кто на самом деле Майкл Джексон – человек ранимый, по сути, маленький ребенок, находивший отдушину в обществе детей, которым он мог хоть чем-то помочь, и скрасить детство, которого сам был лишён. 

Лиза-Мари Пресли и Майкл
Лиза-Мари Пресли и Майкл

Когда корреспондент задал Джексону прямой вопрос, Лиза-Мари Пресли, мать двоих детей, спасла Майкла и взяла удар на себя, пояснив, что дети следуют за Майклом буквально по пятам. И когда он ложится отдохнуть, рядом могут оказаться какие-нибудь наиболее пронырливые гости волшебного парка «Neverland». Почему, вопрошала Пресли, вокруг женщины могут собираться дети, а вокруг мужчины нет?

Именно супруга, видя как страдает Джексон, заставила его пойти на мировую, выплатить огромную сумму и забыть об этом кошмаре.

Однако в 2003 году кошмар повторился, когда певцу предъявили аналогичное обвинение. В итоге Джексон подсел на сильные болеутоляющие, а его банковский счёт растаял на глазах. В 2005 году он был оправдан, но волшебный парк «Neverland» прекратил своё существование.

Джордан Чандлер
Джордан Чандлер

И только после смерти певца в 2009 году Джордан Чандлер, которого якобы развращал Джексон (дело 1993 года), признался, что отец заставил его клеветать ради денег. К слову, отец Чандлера покончил с собой полгода спустя.

Мало кто понимал Джексона – человека, грезившего потерянным детством, всем сердцем желавшего сеять добро, но кому так беззастенчиво отравили жизнь.

Вероятно, стихи, написанные верной поклонницей Майкла, скажут больше самого длинного текста:

Умер человек с душой ребенка, но печаль моя теперь ушла,

Ведь для Бога разольется звонко голос всепрощенья и добра.

Он обрел желанную свободу… Оттого теперь спокойно мне:

Он теперь за синим небосводом лунным шагом ходит по Луне.

Подросток Майкл Джексон
Подросток Майкл Джексон

«Майкл признавал, что никогда не понимал своего отца и, сколько помнит, всегда его боялся. «Сын не мог взять в толк, почему он бил их, — говорил один из друзей семьи. — Джозеф распускал руки больше, чем того требовалось. Кэтрин говорила с ним об этом, но чаще считала, что мудрее не вмешиваться… Я точно знаю, что мальчик начал ненавидеть отца в очень раннем возрасте. Если остальные могли хоть как-то переносить его характер, Майкл абсолютно не мог воспринимать его».

 Была еще одна проблема, которая осложняла их отношения: сын не мог понять отказ отца от принятия религии. Мальчик был воспитан в традициях Свидетелей Иеговы и не мог уяснить себе, почему он не хотел быть спасенным так же, как [некоторые] остальные члены семьи. Джозеф всегда говорил о необходимости быть единой семьей, когда это касалось выступлений. Но коль скоро это столь важно, рассуждал Майкл, почему же он не ходил вместе с ними по воскресеньям в Зал Царства.

Майкл отдалялся от отца и все больше сближался с матерью» («Волшебство и безумство»).

Кэтрин следовала за Майклом по пятам
Кэтрин следовала за Майклом по пятам

«Большинство психологов сходятся во мнении, что, если у ребенка не завершается процесс «отделения» от матери и он не начнет воспринимать отца к началу подросткового периода, существует большая вероятность, что у него не сложатся нормальные отношения с женщинами, он будет всегда воспринимать отца как соперника в отношениях с матерью.

Взрослый человек, не преодолевший Эдипов комплекс [влечение сына к матери], может возводить свою мать на такой пьедестал, что ни одна женщина не сможет сравниться с ней. Многие из знакомых Майкла утверждают, что его отношения с Кэтрин носят именно такой характер. Некоторые считают, что он пришел к Свидетелям Иеговы только для того, чтобы порадовать мать. Сын не просто открыто признавался, что любит свою мать; он отождествлял себя с ней и потому испытывал такие мучения, когда она страдала из-за Джозефа» («Волшебство и безумство»).

Ненависть к отцу усугублялась разгульным образом жизни Джозефа. Его не раз замечали в компании женщин.

«По мнению психолога Кэрол Либерман, остается гадать, были ли внебрачные похождения Джозефа следствием недостаточной сексуальности его жены. Не следует забывать, что она была глубоко религиозной женщиной; может быть, именно поэтому и пришла к Свидетелям Иеговы. Многие уходят в религию именно потому, что боятся своей сексуальности: в ней много различных табу, в том числе сексуальных, и это служит оправданием их страхам. «Я не пытаюсь снять вину с отца, — говорит Кэрол Либерман, — но и на его жене лежит доля ответственности, она тоже по-своему виновата в несложившихся сексуальных отношениях в семье» («Волшебство и безумство»).

Безусловно, религиозные табу, усиленные гипертрофированной любовью к матери, не могли не влиять на взгляд Майкла в отношении секса и брака.

«Для большинства людей, знающих его, было очевидно, что секс производит на него просто устрашающее воздействие. Возможно, он действительно проявлял некоторое сексуальное любопытство в подростковом возрасте и даже испытывал сексуальное возбуждение. Но отдаться на произвол чувств было для него равносильно отчуждению от самого дорогого человека на свете — его матери. Сама идея сексуальной активности вызывала у него отвращение» («Волшебство и безумство»).

Показателен один из эпизодов в жизни Майкла, когда состоялась встреча с 16-летней Терезой из Бостона – поклонницей восходящей звезды, с которой юноша познакомился по переписке:

«Тереза пробыла неделю и посещала все шоу по приглашению семьи. В это время они подружились с Майклом. Он начал дразнить ее во время выступлений, корча рожи со сцены. Однажды за кулисами после шоу Джекки [т.е. Зигмунд, старший брат] схватил Майкла и толкнул его к Терезе, пытаясь заставить их поцеловаться. «Он боялся поцеловать меня, и я тоже. Нам было всего по шестнадцать. Братья дразнили его из-за меня», — признавалась Тереза.

Семья часто приглашала ее к обеду — у нее до сих пор много фотографий с ними, но как она ни наслаждалась этим общением, все же мечтала остаться с Майклом наедине. Она осуществила свою мечту в последний вечер в Лас-Вегасе, когда Майкл решил, что не пойдет вместе со всеми в ресторан между выступлениями. «Это был мой шанс», — делилась она. Но когда все ушли, Майкл закрылся в спальне и начал читать Библию Свидетелей Иеговы. «Наконец он появился и пригласил меня войти», — вспоминает Тереза. — На одной стороне в его комнате висела картинка, на которой была нарисована луна, на другой — Солнечная система.

Показывая на картинку со звездами, он спросил меня: «О чем ты думаешь, когда смотришь на нее?» Я пожала плечами. Он сказал: «Это не заставляет тебя вспоминать о боге?» После нескольких минут молчания Тереза робко спросила, что он читает. Он подал ей Библию и показал послание от Матфея. «Потом он объяснил мне, что скоро настанет конец света, и начал рассказывать, какие знаки будут предупреждать об этом. Я думала про себя: «Зачем он мне это рассказывает?» и испугалась».

«Ты веришь в дьявола?» — спросил ее Майкл.

«Я боялась ответить. Никто мне раньше не задавал такой вопрос», — говорит она.

Наконец, она смогла сменить тему. «Это было нелегко, единственное, о чем он соглашался говорить, был бог. Но потом мы начали говорить о нашей учебе. Он был вполне мил, мы проболтали два часа. Он был очень застенчивый. Я была удивлена его религиозностью. Об этом вообще не упоминалось в прессе, и я об этом не знала. Он не был нормальным ребенком, это уж точно. Но мне нравилось с ним. Мне нравилась его невинность. С тех пор я держалась от мальчиков подальше, так Майкл повлиял на меня в тот вечер. Я не верила в секс до свадьбы, мы говорили с Майклом об этом. Он сказал, что считает секс до свадьбы грехом, и был уверен в этом» («Волшебство и безумство»).

«Майкл Джексон жил в мире, где мужчины никогда не несли ответственности за измену. Скорее женщинам приходилось из-за этого выяснять между собой отношения... Он по-прежнему был предан Свидетелям Иеговы, и, с его точки зрения, все это было предосудительно, всегда разбивало чье-то сердце. И поэтому в свои 26 лет Майкл боялся влюбиться или вступить в сексуальные отношения еще больше, чем в юношестве» («Волшебство и безумство»).

«Члены семьи Джексонов, казалось, избегали людей, погрузившись в изучение текстов Свидетелей Иеговы, не покидая пределов своего имения. Создавалось впечатление, что у Ла Тойи, Марлона, Майкла, Джанет и Рэнди не было никаких других привязанностей, кроме семьи. Это подтвердила Ла Тойя в беседе с репортером одного из изданий. «Я не доверяю людям, — сказала она с предельной откровенностью. — У меня нет друзей вне семьи, и это меня не беспокоит». Она выразила абсолютное нежелание выходить замуж и заводить собственную семью. «Я бы не хотела рожать ребенка в том обществе, в котором мы живем», — заявила она. Порой казалось, что все отпрыски Джозефа воспитывались в недоверии к окружающим» («Волшебство и безумство»).

Майкл Джексон

Однажды уже известной певице Ла Тойе Джексон предложили сняться в «Плейбое» и это заставило её посмотреть на прошлое иначе:

«Миллион раз меня спрашивали, почему я не фотографируюсь для журнала «Плейбой». И надо признать, что я очень наивно относилась к этому делу. Первоначально я должна была сниматься в одежде, но даже это наполняло мою душу чувством вины, и охотнее всего я бы устранилась от контракта. Самое смешное то, что раньше я не видела ни единого экземпляра этого журнала. Как-то я перелистывала одно издание, в котором писали о Джексонах, и не решилась взглянуть на фото обнаженной женщины. Это означало бы немедленное исключение из собрания иеговистов. Тогда я серьезно считала, что подобный журнал было стыдно читать. Перед моими съемками для «Плейбоя» я просматривала различные номера этого журнала. Оказалось, что я лично знакома со многими женщинами, которые позировали в качестве обнаженных фотомоделей. Особенно впечатляли меня Софи Лорен и Элизабет Тейлор, часто бывавшие [у нас] в гостях, женщины, которыми я несказанно восхищалась. И словно пелена упала с моих глаз:

— Что плохого в том, если и моя фотография появится в «Плейбое»?

Я поняла, что моя первоначальная реакция основывалась не на истинных убеждениях, а на том, что мне предписывала вера, на моих страхах: «Что подумают мои родители?» А что я думала об этом сама?

Впервые в своем решении я ориентировалась на то, что сама считала правильным. Влияние родителей было ощутимо и за тысячи километров; своими постоянными просьбами, угрозами, мольбами они оказывали на меня сильное давление. Многократно настаивала на том, что уже самостоятельная и сама отвечаю за свои поступки. Но они не хотели мириться с этим» («Жизнь в семье Джексонов»).

Майкл Джексон не боялся экспериментировать со стилем
Майкл Джексон не боялся экспериментировать со стилем

Майкл Джексон испытывал не меньшее давление. Впоследствии именно сексуальная тематика станет основной на страницах «жёлтой прессы», и Джексона запишут в ряды гомосексуалистов.

«В течение многих лет публика оживленно сплетничала по поводу личной жизни Майкла: обычная или необычная у него сексуальная ориентация или вообще — ни то, ни другое? Поразительно, но все, что касалось в этом смысле столь откровенно чувственного исполнителя, оставалось окутанным тайной.

С малых лет он получал противоречивые сведения о сексе. Согласно заповедям Свидетелей Иеговы, сексуальное желание как в мыслях, так и на деле — является грехом, и совратители и насильники не попадут в царство Божие. Секс разрешался только в браке, и то в известных пределах.

Однако от отца, который водил своих сыновей на шоу, Майкл исподволь получал другую информацию. Стриптиз-шоу, по его словам, производили на него «жуткое, омерзительное впечатление». Психиатр из Беверли-Хиллз считает, что 9-летний мальчик вполне мог пережить эмоциональный шок: с одной стороны, праведная мать, с другой — не слишком строгий в моральном отношении отец» («Волшебство и безумство»).

«В одном из интервью 1978 г. на прямой вопрос журналиста Майкл ответил, что он не гомосексуалист и что все эти нелепые истории распространяются теми, кому больше нечего делать. На самом деле он вряд ли когда-либо позволил бы себе вступить в гомосексуальные отношения, даже если бы он и испытывал чувства по отношению к другим мужчинам. Он был слишком пуританином для этого. Не следует сбрасывать со счетов и его религиозное воспитание, приверженность идеям Свидетелей Иеговы. Если он желал спасти свою душу, он должен был вечно следовать строгим догмам, которые исповедовала его мать» («Волшебство и безумство»).

«К сентябрю 1984 г. [Майклу исполнилось 26 лет] по-прежнему не было ответа на вопрос: он гомосексуалист? Или традиционной ориентации? Для людей, считавших, что они хорошо знают Майкла и его религиозные убеждения, ответ был ясен. Свидетели Иеговы, подобно другим христианам-фундаменталистам, запрещают все виды секса вне брака, в том числе гомосексуализм. Как писала Барбара Гризутти в своей книге о иеговистах Visions of Glory, «вам не обязательно вступать в гомосексуальную связь, чтобы быть гомосексуалистом. Если у вас бывают гомосексуальные фантазии, вы — гомосексуалист в душе, а бог видит вашу душу».

Майкл был преданным иеговистом, считавшим секс злом, и потому это крайне сомнительно, что у него были сексуальные отношения с кем-либо, мужчиной или женщиной. В свои 26 лет он был девственником. «Майкл испытывал отвращение к сексу, - вспоминала Сузи Джексон. - Помимо религиозных убеждений, он был против секса, поскольку видел, что делали его братья и отец».

Непросто быть 26-летним девственником, исповедующим подавляющую все сексуальное религию, и одновременно быть молодежным поп-идолом. Особенно если учесть, что шоу-бизнес требует, чтобы мужчина-знаменитость был обязательно «романтически влюблен» в женщину.

В перерыве между занятиями Сет Риггс как-то сказал Майклу: «Ты знаешь, все думают, что ты — голубой».

Майкл кивнул и рассказал ему следующую историю.

Высокий красивый блондин как-то подошел к нему и сказал:

— О, Майкл, я думаю, что ты прекрасен. Я с удовольствием переспал бы с тобой.

Майкл посмотрел на него и спросил:

— Когда ты в последний раз читал Библию?

Блондин молчал.

— Ты знаешь, тебе стоит ее почитать, потому что в ней содержится правдивая информация по поводу гомосексуализма.

Парень оценивающе посмотрел на Майкла и сказал саркастически:

— Конечно, если бы я был девицей, тогда — другое дело. Тогда бы ты переспал со мной.

— Нет, не переспал бы. В Библии есть конкретные слова по этому поводу тоже, — сказал Майкл» («Волшебство и безумство»).

Тем не менее, Майкл был замечен в гей-баре, где его смутили двое целующихся парней, и в отделе гейпорно, откуда он вылетел пробкой спустя полминуты. Реакция Майкла на гомосексуализм как образ жизни всегда была отрицательной.

«Майкл интересовался всеми стилями жизни — и традиционным, и гомосексуальным. Одна из причин этого — он чувствовал, как что-то важное и особенное проходит мимо него. Чем загадочнее был для всех Майкл Джексон, тем больше люди обсуждали его и шутили по поводу него» («Волшебство и безумство»).

Чем знаменитей становился Джексон, тем явственней проявлялось негодование и даже злоба членов Сторожевой Башни. Ла Тойя вспоминает:

«Так как пресса вытаскивала на свет любую мелочь, связанную с жизнью моего брата, было неизбежным, что журналисты раскопали и его принадлежность к собранию Иеговы.

Во время каждого турне Майкл, вопреки всем планам организаторов, поручал кому-либо из них найти в городе Зал Царства, чтобы не пропустить ни одного собрания. Однажды брат с матерью опоздали на такую встречу. Они тихонько сели в самом конце зала и прислонились к стене, чтобы слушать старейшину, который проповедовал:

—...и я хочу, чтобы не было среди вас таких ханжей, как Майкл Джексон, который причисляет себя к служителям Иеговы, а сам выступает на сцене перед публикой по всему свету!

Майкл боролся со слезами, в то время как проповедник продолжал злословить дальше, не замечая, что предмет его порицания находится в зале.

— Не смотрите на него! Не делайте из него кумира!

С этого момента Майкл понял, что его популярность, его музыка, видеоклипы, танцы на сцене глубоко задевали некоторых членов религиозной общины. Одно то, что он купался в деньгах, кололо им глаза. Приверженцы учения Иеговы не признают стремления к успеху, так как, по их убеждению, все бренно. Я, например, боялась, что мои собратья по вере примут меня за материалистку даже из-за того, что я предпочитала носить одежду из натуральных тканей, вместо дешевой синтетики» («Жизнь в семье Джексонов»).

Что же было дальше? Почему Майкл покинул эту религию? Давайте познакомимся с текстом из «Википедии»:

«В 1987-м году, Джексон покидает организацию Свидетелей Иеговы в ответ на неодобрительные отзывы о видеофильме «Триллер». Этому, в частности, поспособствовало то, что сестра Майкла Ла Тойя Джексон была исключена из организации примерно в это же время. Майклу, как и всем остальным членам организации, было запрещено общаться с ней на духовные темы (на бытовые темы в вынужденной ситуации общаться можно), что стало для него ударом. Майкл нарушил этот принцип и в результате сам перестал посещать встречи Свидетелей Иеговы. В 1987 году было объявлено, что Майкл Джексон больше не является Свидетелем Иеговы».

К сожалению, современный Интернет используется не только как средство получения достоверной информации, но и для продвижения сомнительной идеологии и пропаганды, отчего стал излюбленным местом сектантов всех мастей. В том числе Свидетелей Иеговы, которые, благодаря возможности правок на «Википедии», изменяют тексты, добавляя полуправду и ложь. На самом деле вовсе не «Триллер» стал причиной ухода Майкла. И немыслимо, чтобы хотя бы один биограф или независимый редактор смог поместить на «Википедии» терминологию Сторожевой Башни про «духовные темы» и «бытовые темы в вынужденной ситуации». Всё это ложь. Более того, «модераторы» от ОСБ добавили на данном уважаемом ресурсе и такое утверждение:

«К 1984 году, несмотря на его огромную известность, Майкл Джексон продолжал проповедовать как Свидетель Иеговы, два раза в неделю, может быть, час или два. Он также присутствовал на христианских встречах в Зале Царства с матерью четыре раза в неделю, когда бывал в городе. Он отказывался от употребления в пищу крови, празднования Пасхи и Рождества, которые он рассматривал как «языческие праздники», от празднования собственного дня рождения».

Флойд Крамер присутствовал на дне рождения Кэтрин
Флойд Крамер присутствовал на дне рождения Кэтрин

Давайте восстановим то, о чём члены «христианских встреч», нещадно насилующие Интернет, скромно умолчали:

«В мае 1984 года Майкл, его братья и сестры устроили небольшую вечеринку по случаю дня рождения матери в одном из ресторанов в Беверли-Хиллз.

Среди других подарков Кэтрин получила кольцо с бриллиантами и розовый, с бежевым верхом, «Роллс-Ройс». Вокруг машины был завязан огромный белый бант.

Вся семья собралась на торжество Кэтрин. Был и вовсе неожиданный сюрприз — дети примчали из Индианы на самолете ее отца. Кэтрин — иеговистка и, согласно ее религии, не должна отмечать дни рождения и получать подарки. Поэтому некоторые ее друзья сочли странным, что она согласилась устроить этот праздник.

Эмоциональный пик вечера — невысказанное словами самое главное, самое важное, что происходит между Майклом и Кэтрин. Сын в дорогом серебристом с отливом костюме и в галстуке поднимается на сцену. «Это — одна из твоих любимых песен, — обращается он к матери, взволнованный, смущенный. — Я могу спокойно петь перед тысячами людей. Но поставьте меня перед маленькой компанией, и у меня ничего не получается. Я слишком волнуюсь».

Майклу аккомпанирует звезда кантри Флойд Крамер на электрооргане «Фэндер Роде». За ужином он сидит за столом рядом с Кэтрин. Музыкант приглашен на торжество, потому что она его большая поклонница… Майкл пел своим чистым голосом, с неподдельным чувством, Кэтрин раскачивалась в кресле в такт музыке. Похоже, исполнение сына захватило ее. Она не может отвести глаз от своего мальчика. Вряд ли какая-нибудь мать смотрела на своего сына с большей любовью. И сын отвечал ей полной взаимностью» («Волшебство и безумство»).

Поразительно, но женщина, публично проигнорировавшая религиозный запрет и с такой помпой отпраздновавшая день рождение вместе с сыном, кто также является членом Сторожевой Башни, никогда не была ограничена какими-либо санкциями со стороны организации. А сам факт подобных пиршеств говорит лишь об одном – члены семейства Джексонов при всей своей кажущейся набожности, не позволяли проникать парализующему духу данной религии слишком глубоко, в потаённые уголки их семейного мироустройства.

Майкл Джексон в ожоговом центре
Майкл Джексон в ожоговом центре

Кстати, именно 1984 год стал поворотным для Майкла. 7 января он участвовал в съёмках рекламы «Pepsi», где получил ожог головы III степени. Компенсацию от компании «Pepsi» Майкл потратит на благотворительность, которая впоследствии станет неотъемлемой частью его деятельности. Перенесенный певцом стресс спровоцирует развитие витилиго (генетического заболевания, нарушающего пигментацию кожи), из-за чего Джексону придётся привыкать к специальному гриму, сторониться солнечных лучей и пойти на первую в своей жизни пластическую операцию. Кстати, он никогда не пользовался барокамерами и прочими "инопланетными" устройствами ради "вечной жизни", как о том трубили многие СМИ.

Но давайте вернемся к истории с фильмом «Триллер», выдающемся во многих отношениях. Например, именно с него берёт начало становление видеомузыкальной индустрии, превратившей клипы в коммерческий шедевр.

Естественно, фильм, в котором появляется разнообразная нечисть, не мог не вызвать шока в собрании Свидетелей Иеговы, ведь даже куда менее экстравагантные вещи обязательно дублировались негодующими репликами старейшин. Ла Тойя пишет:

«Предубеждения членов собрания против Майкла явственно проявились в 1984 году, когда он получил восемь премий и тем самым побил все рекорды популярности. Тогда один из старейшин выдвинул ему ультиматум, чтобы он выбирал между музыкой и религией.

— То, чем ты занимаешься, грешно,— пытался он наставлять брата. Но так как Майкл усердно изучал Библию, то смог возразить, опираясь на текст Священного Писания.

— Я живу в согласии с верой,— объяснил он.— Я сам хожу от двери к двери, где бы ни был во время турне. И разве моя вина в том, что люди вешают на стену мой портрет или вырезают фотографию из газет? Я не призываю их делать из меня идола. Я только хочу, чтобы им нравилась моя музыка.

— Тогда тебе не следует делать своих портретов, брат Джексон,— посоветовал старейшина.

— Это делают другие,— отвечал Майкл. Да и сами члены собрания имели обыкновение собираться в Зале Царства, чтобы поглазеть на Майкла, хотя это тоже было запрещено верой. С другой стороны, находились такие родители, которые просили детей держаться от Майкла подальше. Это больно ранило моего брата. И Майкл делал все возможное, чтобы доказать свою приверженность учению Иеговы. Однажды на него накинулся один из старейшин:

— Твои движения на сцене возбуждают сексуальные чувства, ты должен прекратить это.

Не протестуя, мой брат подчинился и изменил шоу. Кроме того, он пригласил одного из старейшин сопровождать его во время турне, чтобы тот смог своими глазами убедиться, что певец живет в согласии со всеми религиозными заповедями.

Иногда казалось, что все усилия Майкла напрасны. С детства он любил фильмы ужасов и чрезвычайно гордился своим 11-минутным видеоклипом «Триллер», фильмом с невероятными трюковыми сценами, где он превращался в оборотня и в танцующего мертвеца. Чтобы предупредить нападки со стороны «братьев по вере», он начинал клип с заявления:

— Исходя из моих строгих религиозных убеждений, я хотел бы подчеркнуть, что этот фильм никоим образом не связан с оккультизмом.

Но и эта преамбула не удовлетворила критиков, так как уже само изображение демонов и других оккультных существ они считали большим грехом» («Жизнь в семье Джексонов»).

«Майкл считал себя строгим иеговистом. Он не верил в переливание крови, считал Пасху и Рождество «языческими праздниками», не отмечал и собственный день рождения.

Несмотря на то что он был преданным Свидетелем Иеговы и без сомнения жертвовал общине большие деньги, старейшины церкви не скрывали недовольства им, в основном из-за фильма Thriller. Еще до выхода картины на экраны, узнав о ее концепции, они начали «прорабатывать» его на своих собраниях, обсуждая состояние его души. Но Джексон не хотел, чтобы кто-то диктовал ему, что делать. Ни его отец, ни его религия. «Я знаю, что я не совершенен, — заявил он. — Я не делаю из себя ангела».

Джон Бранка и Майкл Джексон
Джон Бранка и Майкл Джексон

Когда же старейшины пригрозили отлучить его от церкви, Майкл забеспокоился. Он позвонил Джону Бранка [адвокату Джексона] и попросил забрать кинопленки Thriller из проявочной лаборатории и уничтожить их. Голос его звучал отчаянно: «Никто никогда не должен увидеть этот фильм». На следующий день Майкл в телефонном разговоре проверил, сделано ли это.

 К этому времени Бранка устал играть в игры и хотел знать, что происходит, тем более что Майкл уже потратил на Thriller 1 000 000 долларов MTV и компаний Vestron и Showtime. Как он мог теперь уничтожить пленку?

Когда тот объяснил ему ситуацию, Бранка был поражен. Он пытался убедить его, что нельзя позволять старейшинам вмешиваться в его творчество, но бесполезно.

Бранка тогда читал книгу о Бела Лугози, сыгравшем Дракулу в одноименном фильме. Он перезвонил Майклу и спросил, слышал ли он об этом актере. Не слышал. Джон пояснил, что Лугози был религиозным человеком, но играл Дракулу и сделал на этом карьеру, его религиозные взгляды не влияли на его творчество. И то, что он играл вампира в кино, не делало его менее религиозным в реальной жизни. Майкл слушал внимательно. Бранка предложил, если он захочет, поместить в начале титров его заявление о том, что фильм не отражает личные или религиозные убеждения Джексона, тот счел это замечательной идеей. Thriller начинался словами Майкла: «Я хочу заявить, что сюжет фильма не отражает мои убеждения. Я хочу подчеркнуть, что этот фильм ни в коей мере не подтверждает веру в оккультизм».

Thriller — первый фильм Джексона, выпущенный на кассете для домашнего просмотра, стал первым музыкальным видео, номинированным на золотую и платиновую награды. До сих пор он остается бестселлером номер один среди кассет. За неделю, предшествующую выходу Thriller на видео, продажи одноименного альбома снизились до 200 000 в неделю. После выхода видео и показа его по MTV продажи опять возросли до 600 000 в неделю, он вернул себе 1-ю позицию в хит-параде «Биллборда».

«Господи, благослови Бранка, — сказал Майкл. — Если бы не он, от Thriller остался бы только пепел» («Волшебство и безумство»).

«Старейшины Свидетелей Иеговы хотели, чтобы Майкл ограничил свою исполнительскую деятельность. Его снова пригласили на собрание старейшин в связи с фильмом Thriller. Они опять грозили ему отлучением. Майкл не хотел этого и покинул собрание расстроенным. Он решил отречься от Thriller, если от него требовали этого. Главная вещь самого успешного альбома в истории никогда не будет исполняться ее автором! В дальнейшем Майкл сделает публичное заявление по поводу своего греха в периодическом издании Свидетелей Иеговы «Пробудитесь!» [22 мая 1984 года, стр. 20, скан приводится ниже]:

«Я никогда более не сделаю фильм, подобный Thriller. Моим намерением было снять хороший, смешной, короткий фильм, а не специально пугать людей с экрана или принести зло. Я никогда более не сделаю ничего подобного, потому что многие были оскорблены этим. Я заморозил дальнейшее распространение фильма, которое контролируется мной, включая показ его в некоторых других странах. Поступают всевозможные предложения по прокату картины. Но я отвечаю: нет, нет и еще раз нет. Я ничего не буду делать с Thriller».

Это удовлетворило старейшин. Пока» («Волшебство и безумство»).

Итак, старейшин раздражало буквально всё в Джексоне. Тем не менее, «Триллер» не привёл к санкциям против Майкла. И до «Триллера» и после него – всё для старейшин было плохо и отвратительно. При этом на страницах своих изданий они не забывали напомнить про знаменитого "Свидетеля Иеговы" в контексте раскаивающейся перед ОСБ Магдалины. Развязка наступила намного позднее, в 1987 году, когда Майклу стукнуло 28 лет. Вспоминает старшая сестра Ла Тойя:

«Майкл и мама не раз настаивали, чтобы я сопровождала их в Зал Царства. Но я отказывалась, хотя и продолжала следовать заповедям. Дело в том, что с того самого дня, когда мне запретили общаться с моей неверующей подругой Дарлис, у меня появились определенные расхождения с догматами веры. И вообще кое-что начинало смущать в учении Иеговы. Так, например, оно запрещает принимать участие в выборах, ибо мы должны следовать за Господом, а не за человеком. Когда я поделилась своими сомнениями с Майклом, он объяснил мне:

— Все верно, но мы живем на этой земле, и правят ею в данное время люди. Поэтому мы должны повлиять на то, чтобы в число власть имущих попали по возможности лучшие.

Я согласилась с ним. Но это был лишь один из пунктов, где мое мышление отходило от веры. И я знала, что никогда не получила бы ответа, если бы попыталась высказать свои сомнения на собрании общины. Поэтому я просто перестала ходить туда. Религия значила для меня так много, что я не знала теперь, что делать. Наконец, мне позвонила Ребби [т.е. Маурин, старшая сестра, муж которой являлся старейшиной] и сказала, что я должна решиться и изменить свою позицию «между двумя огнями». Между двумя огнями? Внутренне я была такой же, как раньше, следовала заповедям, читала Библию и верила в Бога. Если человек с детства впитывал религиозные убеждения, они становятся его неотъемлемой частью. В конце концов, я не чувствовала себя менее верующей только из-за того, что перестала ходить в Зал Царства. Однажды я зашла в комнату Дженнет и застала там Майкла, который плакал навзрыд. Я спросила его, что случилось, но он не ответил, побежал в ванную и закрылся. Услышав сдерживаемые рыдания, я обратилась к сестре:

— Джен, что с ним случилось? Почему он так плачет?— моей первой мыслью было, что кто-то тяжело заболел или умер.

— Я не могу тебе этого сказать, Ла Тойя,— ответила она.

Но мне самой удалось уговорить Майкла выйти. После долгих просьб он, наконец, уступил:

— Ладно, объясню вам, что случилось: Ла Тойя, мне нельзя с тобой разговаривать.

— Что?!

— Старейшины собрали собрание и потребовали, чтобы я перестал с тобой разговаривать, потому что ты не ходишь в Зал Царства. Потом они спросили, какой я сделал вывод. «Ла Тойя должна жить своей жизнью»,— сказал я. Они пригрозили, что выгонят меня, если я буду поддерживать с тобой отношения. А еще добавили, что я должен решиться немедленно.

Я была в ярости:

— Но ведь это я не хожу на собрания. Почему они не пришли ко мне? Несправедливо, что они обременяют этим тебя. Мне очень жаль, что тебе это приходится переживать.

Мой брат не прекращал плакать. Через минуту он попрощался и сказал, что ему надо немного подумать. Он поехал к своему другу Марлону Брандо, и они вместе обсудили это дело. Марлон посоветовал ему:

— Ради Бога, Майкл, она ведь твоя сестра. И всегда будет твоей сестрой. Не следует оставаться с людьми, которые требуют от тебя такого. Ты можешь найти новую религию, но новую сестру — никогда.

Майкл решил нарушить запрет старейшин и больше не ходил на собрания. До сегодняшнего дня мы никогда не говорили о том, что случилось тогда. Я знаю только то, что он прекратил связь с общиной иеговистов официальным письмом» («Жизнь в семье Джексонов»).

«Весной 1987 года Майкл расстался со Свидетелями Иеговы. Представитель общины прихожан в Вудлэнд-Хиллз, в которой он состоял, сказал, что Джексон «перестал причислять себя к ее членам» [т.е «отрёкся от общения»] и «больше не хочет отождествлять себя со Свидетелями Иеговы. В официальном письме от 18 мая из отделения Свидетелей Иеговы в Бруклине, Нью-Йорк, также сообщалось, что организация «больше не считает Майкла Джексона своим членом». Гари Боттинг, соавтор книги The Orwellian World of Jehoval's Witnesses («Орвеллианский мир Свидетелей Иеговы») и сам «свидетель», сказал, что добровольно уйти из религии «хуже, чем быть лишенным членства в ней или быть изгнанным. Добровольно отвергать единственную организацию, исповедующую настоящую веру в господа - непростительный грех... грех против Святого Духа» («Волшебство и безумство»).

Автор книги «Майкл Джексон: волшебство и безумство» Рэнди Тараборрелли считает, что история с Ла Тойей Джексон не сыграла главенствующей роли в выходе Майкла из ОСБ, а виновником событий стали надоедливые старейшины, докучающие Джексону по поводу и без. Однако Ла Тойя совершенно определенно утверждает, что демарш брата произошёл сразу же после того, как от него потребовали отказаться от всякого общения с ней. Джексон понимал, что отречение от данной религиозной группы должно неминуемо привести к тому, что теперь ультиматум старейшин коснётся и его матери. Но разве Кэтрин когда-нибудь позволит диктовать ей правила взаимоотношений с собственными детьми? Никогда!

«Кэтрин утверждает, что ей все еще можно поддерживать отношения с Майклом, несмотря на строгие запреты религии. «Никто не требовал, чтобы я «порвала» с ним», — говорит она. Но также известна ее склонность нарушать запреты, например, устраивая вечеринки в честь дня рождения (что запрещено верой). Кроме того, строжайше запрещено обсуждать вопросы веры с бывшими членами организации, даже если они близкие родственники. Именно поэтому, по словам Кэтрин, она ни разу не спросила Майкла о том, что произошло, и это, по-видимому, к лучшему. Кэтрин уверяет, что между ней и сыном самые теплые отношения. «Майкл все еще обращается ко мне за советом, — говорит она. — А мне он помогает сделать выбор при покупке одежды. Он просит меня накрасить губы, когда приходят друзья, поддерживал меня в моем стремлении сбросить вес» («Волшебство и безумство»).

Официальное письмо ОСБ в собрания Соединенных Штатов об отречении Майкла Джексона

«23 февраля 1988 года Майкл предпринял турне Bad по Соединенным Штатам. На этом шоу Майкл позволил себе несколько вольные манеры и выглядел более сексуальным. Семнадцати тысячам поклонников, в большинстве своем белым представителям среднего класса, похоже, это нравилось; слушатели стояли на протяжении всего двухчасового шоу. Каждый раз, когда он исполнял свое, казалось, нереальное скольжение назад - лунный шаг, - аудитория взрывалась, он сиял. Было очевидно, что он наслаждался выступлением. «Его выступления самые сильные и отточенные из всех, что когда-либо были на свете», -- сказал Смокки Робинсон.

Добрая треть шоу состояла из материала, который Майкл с братьями представлял в Канзас-Сити четыре года назад в начале турне «Победа» (Victory) (на этот раз Майкл исполнял Thriller с волчьей маской и в пиджаке, в котором был снят в видеоклипе, — больше он не рассматривал себя как одного из Свидетелей Иеговы)» («Волшебство и безумство»).


С этого момента начинается самая выдающаяся «эротическая» часть в творчестве Майкла Джексона. Он позволял себе полуобнажиться («You Are Not Alone»), затеять страстную игру с чернокожей британской супермоделью Наоми Кэмпбелл («In the closet»), которая также с детства воспитывалась как Свидетель Иеговы, но отказалась от этой религии, как только повзрослела. В клипе «Черное и белое» («Black or White») он позволил неоднократно схватить себя за пах, превратив его в шарнир, на котором нанизано танцующее тело. Застегивание ширинки в конце клипа привело одних зрителей к полуобморочному состоянию, а других – к взрыву восхищения. (Впоследствии финальный ролик клипа «Black or White» был вырезан из-за запрета по причине наличия «сцен насилия», хотя трудно назвать сценами насилия крушение автомобильных стёкол и некоторые другие шалости. Тем не менее, Майкл извинился перед зрителем).

Но всё это было не пошло, естественно, потрясающе гармонично. Как выразился однажды американский актёр, хореограф и танцор Фред Астер: «Майкл - злой танцовщик», вкладывая в понятие «злой» невероятную страстность исполнения, нечто неистовое и чертовски привлекательное. «В движение нужно уметь вкладывать чувства и энергию, только тогда танец становится танцем, без этого он остается просто гимнастикой», - написала одна из почитательниц таланта Джексона.

В клипе «You Are Not Alone» (1995) полунагота Майкла Джексона и его жены Лизы Марии Пресли придали и без того шикарной композиции особую романтичность. Песня стала горячим хитом, получила массу музыкальных премий и вошла в книгу рекордов Гиннеса

Песня «In the Closet» (1992) была исполнена Джексоном совместно с принцессой Монако Стефанией. Майкл поёт о соблазнительнице, в роли которой выступила супермодель Наоми Кэмпбелл, хотя первоначально на эту роль примерялась Мадонна



Подарок подруги на Рождество
Подарок подруги на Рождество

В 1989 году, на церемонии награждения музыкальной премией актриса Элизабет Тейлор в своей речи назвала Джексона «королём поп-музыки» и этот титул остался с Майклом навсегда. А в 1993 году Джексон встретил своё первое Рождество, на котором Элизабет Тейлор подарила ему, кроме прочего, детскую игрушку, приведя «взрослого ребёнка» в безудержный восторг.

Майкл всегда использовал новаторские идеи. Например, наклон на сцене под острым углом
Майкл всегда использовал новаторские идеи. Например, наклон на сцене под острым углом

После своей смерти в 2009 году трое детей Джексона попали под опеку бабушки Кэтрин, которая водит их на собрания Свидетелей Иеговы. Однако дочь Джексона, Пэрис, будучи пятнадцатилетним подростком, заявила о том, что данная религия не входит в её планы и она мечтает пойти по стопам отца, которого она любит всей своей душой. Впрочем, как и её братья, для которых отец навсегда остался самым близким человеком.


Фото вверху: бабушка водит внуков на собрания и конгрессы Свидетелей Иеговы

Фото внизу: Принс Майкл I и Пэрис признаются в любви к отцу на памятном концерте

Двоих детей Майклу Джексону родила вторая жена Деббора Роу, медсестра, ассистентка дерматолога, лечившего Майкла Джексона от витилиго. Принс Майкл I родился в 1997 году, а через год появилась на свет Пэрис. Еще через год пара развелась и за Майклом осталось право на опекунство. Второй сын Принс Майкл II родился в 2002 году от суррогатной матери, имя которой до сих пор неизвестно. Известно лишь, что будущая мать должна была отвечать двум требованиям: высокому интеллекту и отменному здоровью.

Конечно, история семьи Джексонов – головная боль для лидеров Сторожевой Башни. В своё время мать Президента США Эйзенхауэра, известная своими независимыми взглядами, не пострадала от санкций ОСБ, несмотря на демарш её детей. То же самое случилось и в отношении другой матери – матери Майкла Джексона. Богатые и влиятельные мамаши, они не входили в круг обычных овец стада, и т.н. «заповеди Иеговы», а точнее – установки лидеров, их касались до той поры, пока не становились препятствием в семейной жизни. Майкл и Ла Тойя – не в счёт. Они были самой настоящей костью в горле, красуясь на экранах денно и нощно, в то время как элита призывала паству не выделяться, не получать высшего образования, не слушать «мирскую» музыку, не тратить время на зарабатывание денег и т.д. и т.п. Однако для Кэтрин Джексон все эти установки являлись пустым звуком. Одно её присутствие в стаде и участие в проповеди были достаточным отвлекающим маневром для того, чтобы простить ей всё – и отказ от прекращения всяких коммуникаций с «отступниками» - Майклом и Ла Тойей, и активную поддержку семейного шоу-бизнеса, и празднования дней рождений, и многое другое.

В тот же самый момент по той же причине рушатся тысячи семей Свидетелей Иеговы, когда матери и отцы отрекаются от собственных детей лишь из-за того, что дети отрекаются от секты. Рвутся самые тонкие нити семейных отношений, и ОСБ становится той газовой камерой, из которой адепт не смеет ни позвонить, ни даже написать короткого сообщения на E-mail сыну или дочери. Страшная, неимоверная кара за личный выбор детей!

Безусловно, историю Джексонов необходимо ретушировать и переписывать до тех пор, пока не окажется, что Кэтрин – правоверная проповедница, боготворящая ОСБ, а Майкл – безответственный, неблагодарный сын, участвовавший в гадких вещах, недостойный высокого звания "Свидетеля Иеговы". И у членов культа, окопавшихся в Интернете, это неплохо получается.


Кстати...

Филиал Свидетелей Иеговы
Филиал Свидетелей Иеговы в России

В конце 1990-х годов, когда под Санкт-Петербургом шло строительство российского филиала ОСБ, в ходу была легенда о том, что Майкл Джексон частично финансировал стройку (говорили о полумиллионе долларов и более крупных суммах). Даже после того, как филиал обжили, эту же байку можно было услышать из уст «вефильцев» и некоторых старейшин. Свидетели Иеговы обожают пользоваться громкими именами, которые якобы поддерживают их деятельность. Вот что вспоминает бывший старейшина: «Когда я услышал, что Майкл Джексон пожертвовал огромную сумму на стройку в Солнечном, я переспросил брата: так Джексон – Свидетель Иеговы? Однако брат ушел от ответа и перевел тему. И тогда я подумал: если Майкл Джексон жертвует миллионы долларов и они с благодарностью принимаются, значит он либо Свидетель Иеговы, либо вот-вот им станет».

Принимать пожертвования от «отрекшихся отступников» - для ОСБ не грех. Когда дело касается сумасшедших денег и недвижимости – этика и мораль синхронно отползают на задний план. Но, с другой стороны, у Свидетелей Иеговы всегда превосходно получалось сочинять «свидетельские байки» на все случаи жизни, и искренне верить, что сотворённые ими же мифы являются истиной. Впрочем, в этом рядовые члены всего лишь слепо подражают примеру заокеанских "пастухов".

Свидетели Иеговы

Автор текста: Ковтун Станислав. Помощь в подборке материалов: Алексей Морозов

Песню «Earth Song» Джексон начал писать еще в конце 1980-х годов и в ней явственно прослеживаются религиозные взгляды певца. Однако песня увидела свет лишь в 1995 году, а клип снимался на четырех континентах. В финальной версии Майкл поднял проблемы прав человека и защиты окружающей среды

Песня «Give in to Me» («Уступи мне»; 1993) – смесь хард-рока и хэви-метала, - тех самых жанров, которые критикуются в изданиях Свидетелей Иеговы. «Утоли мои желания, потому что я в огне» - поёт Майкл. Журналисты назовут эту композицию «сотканной из льда и теней» и «пробирающей до мурашек»