вопрос-ответ

Как Свидетели Иеговы представляют себе новый мир? Если их послушать, то получается что-то похожее на коммуну во всемирном масштабе

Виктор Пачгин, Туапсе

«О дивный новый мир». Именно так назван сатирический роман-утопия английского писателя Олдоса Хаксли, где описано общество, разделенное на касты, но не обремененное границами и усилиями людей по деторождению. Существующим кастам прививается гордость за принадлежность к своей нише и безропотное повиновение высшей власти. Для решения проблем психики существует вполне легальный наркотик, помогающий не сосредотачиваться на «пустяках». Читатель без труда распознает яркие очертания социума, в котором существование возможно лишь в случае слепого соглашательства. Роль семьи и независимых взаимоотношений между людьми сводятся к нулю.

В принципе, Общество Сторожевой Башни, само того не подозревая, давно занимается рекламой вышеупомянутого произведения, написанного ещё в 1932 году. И на протяжении десятилетий легковерные люди, в силу различных объективных (и не очень) причин, хватались обеими руками за данный религиозный утопизм, становясь частью «ядра», постепенно принимая как должное, что в «обещанном новом мире» деторождение прекратится, привычная нам музыка исчезнет (поскольку ее ритм напоминает авторам бруклинских публикаций частоту полового акта), заправлять всем будут верные и дисциплинированные старейшины ("звёзды" и "князья"), и т.д. и т.п.

Так что вы, Виктор, более чем правы, упомянув о коммуне, поскольку учение о т.н. «новом мире» вполне можно отнести к экклезиологии. При этом главенствующей идеей становится материализм с его виртуальной витриной благоденствия и процветания, напрямую увязанных с сознательным самоуничижением.

Но почему религия, которая по определению должна являться проводником горнего, вдруг снисходит до видения мира, так хорошо знакомого по предвыборным обещаниям политиков? Проблема берет свое начало со второго президента ОСБ Джозефа Рутерфорда, который не нашел ничего лучшего, как отменить набор в Царство Небесное с указанием даты его окончания. Каста горних - в лице высшей элиты организации - была образована, пришло время сформироваться касте второсортных. В этой связи я не случайно вспомнил об уважаемом писателе Олдосе Хаксли, поскольку написанная им утопия через три года (в 1935 году) стала официальным учением Свидетелей Иеговы. Этим, - с легкой руки Рутерфорда, - для абсолютного большинства членов организации отменялись все обетования Христа и Нового Завета. На передний план вышел сухой «свод законов собрания», который касается буквально каждой мелочи и бесконечно переиначивается на новый лад. Причём от следования этому своду зависит - не больше, не меньше - собственная жизнь. 

Когда человеку рисуют картинки красочной усадьбы, окруженной не менее красочным палисадником в несколько гектаров, где пасутся счастливые звери всех видов и родов, то это не может не привести в восторг тех, кому лучшее, что дано в этой жизни – десятилетиями отрабатывать ипотечный кредит. Всем хочется жить хорошо – прямо здесь и сейчас. Поэтому в книгах ОСБ вы встретите любую надежду, за исключением той, о которой говорил Христос в Новом Завете.

В книге «Свидетели Иеговы: Некуда Идти», во второй части подробно описывается данный феномен материалистического видения мира и теологические изыскания г-на Рутерфорда. Однако в понимании членов организации «новый мир» - это не только «сыр и колбаса», но и сдобренная райским ландшафтом неустанная религиозная деятельность, что собственно и является способом отработать сыр и колбасу.

В этом смысле будущее устройство религиозных колонистов Земли вполне соответствует низшей административной единице (коммуне), получающей детальные установки от руководства (зарекомендовавших себя старейшин, или «князей»), послушание которым обеспечит возможность жить и дышать, дабы не ощутить на себе весь ужас внезапной кончины. Именно так выглядит коммунная концепция Сторожевой Башни.

Итак, всё это «райское наслаждение» ожидает лишь тех, кто безоговорочно лоялен лидерам уже сегодня и осознает, что окружающий мир вне «аквариума» ОСБ состоит из «козлов», которых ждет неминуемая погибель, вследствие чего первыми шагами жителей «нового мира» станет радостная уборка миллиардов смердящих трупов.

Лучше всего данный «теократический» антагонизм передают картинки из изданий ОСБ. Например, из брошюры «Правительство» или книги «Самый великий человек» (см. коллаж ниже). Мир делится на Свидетелей Иеговы и «козлов», участь которых вот-вот решится с помощью карающего огня.

Журнал «Сторожевая Башня» неустанно бомбардирует Свидетелей Иеговы идеей спасения только посредством организации и с благословения элиты. Бог и Христос в этом смысле – фигуры номинальные, которым предписана некая роль «крышевателей».

Например, в журнале «Сторожевая Башня» за 15 августа 2015 года (стр. 20,21) говорится: «Следуем ли мы теократическим указаниям уже сейчас? Поступая так, мы подготавливаем себя к вечной жизни». «Жизнь под правлением Царства стоит любых усилий с нашей стороны. Мы готовы сотрудничать с организацией Иеговы и выполнять порученные нам теократические задания».

В журнале за 15 марта 2015 года (стр. 29) говорится следующее: «До начала Армагеддона помазанники будут взяты на небо... Поэтому сейчас особенно важно, чтобы все, кто надеются быть причисленными к овцам, верно поддерживали братьев Христа». Аналогичная мысль содержится и в журнале за 15 марта 2012 года (стр. 20): «Другие овцы не должны забывать, что их спасение зависит от того, поддерживают ли они помазанных "братьев" Христа, которые еще живут на земле». 

Так что коммуна нового мира – это те, кто четко и беспрекословно исполнял установки лидеров организации. Им ни в коем случаем нельзя забывать, что является причиной их спасения – послушание элите. Какой уж тут Бог и Христос!

Скучно? Не то слово! Жить вечно под руководством местных надзирателей, усердно следящих за рядовыми членами коммуны на предмет их отклонения от установок единственной выжившей организации, порой диаметрально противоположных изложенному в Библии, - невероятно скучное и абсолютно бесполезное занятие. (Более подробно о "новом мире" здесь).

Чтобы лучше прочувствовать всю прелесть материалистической вакханалии данной экклезиологии, предлагаю прочитать юмористическую зарисовку одного замечательного автора под метким названием «Дневник выжившего в Армагеддоне» (текст адаптирован). Как сказано в книге «Свидетели Иеговы: Некуда Идти», «если машину ОСБ с ее политикой пропаганды и контроля перенести в светлое будущее, то получится нечто среднее между абсурдом и кошмаром. Главный герой описанной [в дневнике] истории - выживший в Армагеддоне член организации - подробно ведет дневник, комментируя увиденное и услышанное в условиях райского блаженства… Конечно, эти записи, как и трагический финал автора дневника – лишь плод воображения, религиозная фантастика. И все-таки, эти видения гораздо более реалистичны, чем многое из того, что было обещано в передовицах «Сторожевых Башен» и имело свойство хронически не сбываться».

Удивительно, но автор истории действительно смотрел в будущее трезвым пророческим взглядом. Например, задолго до того (а история написана очень давно) он предсказал появление телевидения Сторожевой Башни, в определенных кругах известного сегодня как "бредкастинг", или, например, ежеквартальные "Сторожевые Башни". А говорят, что нет пророков в своём Отечестве... Впрочем, читайте и всё поймёте сами!

ДНЕВНИК ВЫЖИВШЕГО В АРМАГЕДДОНЕ

Выживший в Армагеддоне

День 1. Итак, Великий День Расплаты закончился, и я его пережил. В то же самое утро я незамедлительно направился в Зал Царства. В течение дня до него добралось большинство членов нашего собрания. К сожалению, не хватает ещё несколько братьев и сестёр. Наш председательствующий надзиратель, Иван Дубков, заявил, что те, кто отсутствует, к сожалению, должны были уделять больше времени полевому служению.

День 2. На сегодняшнее утро Иван Дубков объявил специальное собрание. Он заявил, что до тех пор, пока не будет установлена связь с бюро филиала, он и другие старейшины ответственны за всё происходящее. Все решения, касающиеся дел собрания, распределения заданий, плана работ, а также других вопросов будут временно приниматься ими, и все мы должны придерживаться этого.

Семён Правдин возразил против этой, как ему показалось, диктаторской политики. Тогда брат Дубков достал письмо от Общества, датированное несколькими месяцами назад, где сообщалось, что после Армагеддона местный совет старейшин будет нести ответственность за все решения, вплоть до момента получения новых указаний от Общества. У Семёна больше не осталось никаких вопросов. Остальные послушно приняли новые указания. Но ждать первого распоряжения долго не пришлось. Все братья и сёстры были обязаны являться каждое утро, ровно в 8.00 в Зал Царства с целью совместного обсуждения ежедневного текста и распределения для каждого разных заданий и работ.

День 3. Брат Дубков определил меня в так называемую погребальную бригаду. Кажется, что большинство из нас - молодых и неженатых братьев - были назначены для этой не очень-то приятной работы. Трупы вокруг нас уже начинали потихоньку разлагаться. Я испытываю отвращение, когда вижу, как птицы и другие животные расправляются с трупами. Сегодня видел ворона, который выклевал одному умершему глазные яблоки. Отвратительно! Грише Задаткину удалось завести бульдозер. Он начал рыть общую могилу. Моё задание состоит в нахождении и собирании трупов, их погрузка и перевозка.

День 4. Сегодня произошёл первый случай, требующий вмешательства правового комитета. Николай и Мария Скромкины, родители восьмерых детей, вселились в особняк, в котором до Армагеддона проходили выставки. Располагался он на возвышении, откуда открывался прелестный вид на всю округу. Собственно проблемой было только то, что сестра Дубкова, жена председательствующего надзирателя, ещё раньше положила глаз на эту виллу и хотела туда переехать. Она считала, что в этом вопросе ей принадлежит первенство, и вообще следовало бы сначала спросить старших братьев. Её муж подтвердил только, что Скромкины не имели права так поступать без согласия старейшин и должны съехать оттуда сегодня же вечером. Разочарованные таким решением, в конце концов, Скромкины смирились с мыслью об оставлении нового жилища.

День 5. Воспользовавшись утренним собранием, Дубковы объявили, что с сегодняшнего дня они будут жить в том самом особняке. Скромкины были мертвецки бледны, но воздержались от каких-либо комментариев. Иван Дубков также заявил, что все окрестные поместья теперь зарезервированы исключительно для старейшин и их семей. Я сделал вывод, что высокое положение в собрании даёт привилегии даже в Новом Мире. Некоторые уже называют эту местность Холмом Надзирателей. Под конец было добавлено, что всякие мероприятия, касающиеся изменения места проживания должны быть заранее согласованы с советом старейшин.

Я решил, что останусь в своей квартире. Считаю неправильным просто так въезжать в чьё-то жилище, несмотря на то, что принадлежало оно когда-то мирским. Меня охватывает печаль, когда я вижу личные вещи этих людей, а также их семейные фотографии. Кажется, большинству не доставляет ровным счетом никаких проблем разграбление и захват некогда чужого жилья.

День 8. Старейшины объявили новый план, касающийся ежедневных утренних встреч собраний. В воскресенье у нас будет речь вместе с изучением «Сторожевой Башни», во время которой мы будем пользоваться старыми изданиями этого журнала, пока не получим новых. Во вторник будет проходить общая сходка. Служебная встреча упразднялась (в ней не было необходимости), также как и Школа Теократического служения. Они будут заменены на так называемые образовательные собрания, проходящие каждую пятницу вечером. Целью новых собраний будет наставление, касающееся наших дальнейших действий и поведения в обществе Нового Мира. Был один позитивный аспект: отменяется проповедь по домам.

День 10. Это погребение мёртвых превыше моих сил. Я не могу справиться с угнетающими меня чувствами при виде стольких покойников. Разве Иегова не мог найти другого пути и тем самым дать шанс выжить большему числу людей? Тяжелее всего дело обстоит с детьми. Наиболее болезненно я переживаю вид их маленьких мёртвых тел. Завтра наверно не пойду на работу.

День 11. Сегодня не пошёл на работу. Позже Иван Дубков пришёл ко мне домой и спросил, почему я отсутствовал. Я сказал, что неважно себя чувствую. Он ответил, что, несмотря на это, я должен работать, потому что в Новом Мире все всегда здоровы. И еще сказал, что депрессии и заботы - дело прошлого. Хорошо ему говорить - ему не надо хоронить трупы.

День 14. Прошло уже две недели. Я остро ощущаю отсутствие электричества и проточной воды. Интересно, как долго это будет продолжаться и вообще восстановят ли всё это? Вечером вместе с Сергеем Петровым позаимствовали из Зала Царства электрический генератор и подключили к нему видеомагнитофон и телевизор. В течение нескольких часов мы смотрели прошлогодние записи чемпионатов, а также фантастический фильм из серии «Звездный путь». Мне действительно немного не хватает этого телевидения.

День 15. Этим утром брат Дубков публично упрекнул меня и Сергея за просмотр телевизора. Старейшины решили, что с сегодняшнего дня запрещается пользоваться видео, ибо мы не хотим, чтобы наш новый рай был осквернён старым миром. Дубков лишь добавил, что, может быть, когда-нибудь у нас появится теократическое телевидение типа «Канала Сторожевой Башни».

День 20. Пока нет никаких известий из Общества. Мы разговаривали уже с другими братьями из окрестных собраний, но старейшины не разрешают нам путешествовать. Анна Сидорова, если ей позволят, хотела бы посетить свою сестру в соседнем округе. Однако брат Дубков повелел ей остаться и терпеливо ждать, и добавил, что позже у неё будет предостаточно времени ходить в гости. Кажется, из-за этого она чувствует себя подавленной.

День 30. Приближается окончание погребальных работ. На сердце как будто полегчало. К сожалению, эти птицы-падальщики преследуют нас повсюду. Я начинаю тихо ненавидеть этих крылатых тварей. Одно из этих проклятых созданий даже набросилось на меня. Кажется, что они уже привыкли к вкусу человеческого мяса.

День 45. Многие братья и сёстры устали от всех этих бесконечных распоряжений старейшин. Иногда они ведут себя так, словно мы их рабы, а они - наши хозяева.

Меня направили работать на коллективной ферме. Работа в поле хоть и тяжела, но всё же лучше, чем погребальная. Семён Правдин организовал комитет самоуправления, который будет представлять старейшинам наши жалобы и предложения.

День 47. Старейшины, узнавшие о комитете Семёна, посчитали это бунтом против организации. Во время утренней встречи Правдин был публично осуждён и ему сказали, что он должен молиться о смирении и покорности духа. Всем категорически запрещается общаться с ним до тех пор, пока он не проявит более глубокого раскаяния. Я и не думал, что в Новом Мире можно будет кого-то лишать общения.

День 51. Наконец-то сегодня до нас добрался представитель Общества. Андрей Помогайкин, молодой вефилец, прискакал верхом на коне. Он сообщил, что после уничтожения Нью-Йорка, главное управление Общества перенесено в близлежащий район. Также он привёз нам первую послеармагеддонную «Сторожевую Башню», которая временно будет публиковаться ежеквартально.

Многие из нас надеялись, что в ней будет содержаться информация, дающая нам больше личной свободы. Как же мы были разочарованы, читая, что и в дальнейшем мы должны придерживаться указаний местных старейшин, вплоть до получения дальнейших инструкций. Старейшины получили дополнительно новый учебник под названием «Организация Нового Мира», но читать его никому из нас не позволялось.

День 69. Моего лучшего друга моментально женили. Сергея Петрова и Светлану Иванову застукали на «аморалке», во время совместных поцелуев. Светина блузка была расстёгнута, а Сережа держал руку прямо на её груди. После правового комитета Иван Дубков сообщил, что с этого момента они являются мужем и женой, причём без каких-либо формальных церемоний или свадебных торжеств. Сергей запротестовал, объясняя, что у него со Светой не было никаких половых контактов. Но брат Дубков добавил лишь, что данное решение безапелляционно и согласовано с другими старейшинами на основании нового учебника для надзирателей. Света, кажется, очень довольна, но Сергей пережил настоящий шок. Я припоминаю, как когда-то он поведал мне, что ему нравится тело Светы, но сама она глупее пробки.

Я принял решение, что при встрече с сёстрами обязательно буду держать руки в карманах.

День 80. Наша свежеиспечённая пара, к сожалению, доставляет серьёзные беспокойства. Повсюду ходит множество сплетен, спровоцированных обстоятельствами их обручения. Сергей сообщил мне сегодня, что уже обратился к братьям с просьбой об аннулировании их союза. Они объяснили ему, что, в согласии с новым учебником, никакие разводы или отказ от принятых решений не берутся во внимание. Кроме того, с этого момента все новые брачные союзы должны быть утверждены местным советом старейшин.

День 81. Семён Правдин был сегодня восстановлен. Однако его трудно назвать счастливым, хотя он и оставляет критику при себе.

День 89. Мы все шокированы. Сегодня Сергей совершил самоубийство. Я уверен, что осознание вечного брака со Светой стало для него невыносимо. Старейшины отказали в праве произнести для него погребальную речь. Я предложил лично похоронить своего друга. Брат Дубков порекомендовал мне захоронить его в общей могиле для мирских.

День 100. Жизнь для нас становится всё более невыносимой. Старейшины бомбардируют нас каждый раз новыми предписаниями и правилами. Нам говорят, что мы должны вести скромную жизнь в «священном служении». Никакие отклонения или обсуждения на эту тему не позволительны. У меня впечатление, что перед Армагеддоном у нас было больше свободы. Никогда не думал, что буду тосковать по старому миру.

День 111. Я больше не выдержу. Хочу поехать к своему брату. Он живёт полторы сотни километров отсюда. Думаю, дней через пять доберусь туда пешком. Очень бы хотелось достать бензина для своей машины. Мне нужно незаметно ускользнуть, ведь до сих пор никому из нас старейшины так и не разрешили покидать местожительства. Я собрал немного припасов и намерен отправиться сегодня же вечером, после «комендантского часа». Я надеюсь, что мой брат ещё жив и может что-то знать об отце и маме, - смогли ли они выжить и как себя чувствуют.

День 112. Ночью я покинул город. Интересно, заметят ли моё отсутствие? На остальных территориях видны невероятные разрушения. Как вообще это возможно восстановить? По дороге видел множество человеческих трупов. До восстановления рая придется очень много работать.

День 113. На полпути меня схватила группа братьев. Задержали под дулами оружий. Брат Дубков лично направил их на мою поимку и задержание. Я очень зол. Почему мне не позволительно навестить собственного брата?

День 114. Сегодня Иван Дубков лично прибыл за мной вместе с двумя служебными помощниками. Они заберут меня обратно домой. Я заметил, что у них при себе оружие.

День 115. Вследствие моей попытки побега, а также частых случаев недисциплинированного поведения некоторых братьев, старейшины решили организовать отдел охраны. На утреннем собрании я был лишён общения. С сегодняшнего дня меня назначили на чистку туалетов.

Мне сообщили, что по окончании работы я должен являться в Зал Царства с целью получения дополнительных теократических указаний. Когда я пришёл, там уже сидел Семён Правдин и другие создающие проблемы братья. В течение часа нас инструктировали о необходимости быть покорными и приспосабливаться к решениям старейшин, и тому подобная заезженная муть на тему духовного взгляда и пагубности превозносить себя более, чем мы есть на самом деле. Нам было приказано явиться снова на следующей неделе.

День 123. Во время сегодняшних словоизлияний я не выдержал. Я сказал Ивану, что с меня хватит всей этой тирании, и что он ведёт себя как маленький теократический Гитлер. Я заявил также, что уеду из города, и пусть только он попробует меня остановить. Это было большой ошибкой. Дубков приказал охране немедленно меня арестовать. Двое вооружённых охранников посадили меня за Залом Царства в импровизированной камере.

День 124. На завтра назначена дата моего правового комитета. Семён Правдин пришёл меня проведать. Когда охранники немного удалились, он сказал, что его усилия непосредственного обращения к братьям из Общества принесли ещё больше проблем. Со стороны организации ему было указано сохранять спокойствие и в дальнейшем быть послушным решениям старейшин. Из-за всего случившегося Семён чувствовал себя ужасно.

День 125. Сегодня состоялось заседание правового комитета. Иван Дубков выступил как главный обвинитель. У меня не было защиты, и мне никого не разрешили призвать в свидетели. После слушания, прошедшего за закрытыми дверьми, я был обвинен в отступничестве без проявления раскаяния. Под конец меня проинформировали, что согласно самым новым указаниям Общества из книги «Организация Нового Мира», наказанием за отступничество является публичное побитие камнями. Срок моей казни был назначен на завтра.

День 126. Ну вот и конец. Позже, днём меня приведут на место убиения. Я бы желал погибнуть, получив пулю в лоб, но Общество считает, что побитие камнями имеет куда более назидательный эффект. Если мне удастся, я попробую один из камней швырнуть прямо в Дубкова. Это кажется смешным, но я действительно не чувствую себя хуже перед предстоящей казнью. Окружающее меня Общество Нового Мира никак не соответствует моим представлениям о рае. И вообще, у меня нет никакого желания прожить всю вечность вместе с этими людьми.

Эпилог. На мою казнь прибыли все, даже дети. Иван Дубков торжественно объявил мой смертный приговор, причём привёл стих, в котором сказано, что никакое око не должно ощущать жалости, и что Божьи суды справедливы. Никто не уронил ни единой слезинки. Единственное, о чем я жалел, так это о том, что мне связали руки, и я не мог отбросить попадавшие в меня камни. Последнее, что я увидел, прежде чем погас свет, - вызывающую отвращение ухмылку на лице Дубкова.

Через мгновение я очнулся. Я был на небесах.

«Приветствую тебя в раю», - сказал Пётр, взяв меня за руку. Ошеломленный, я произнес: «Но ведь рай там, на Земле?». «Нет-нет, - ответил Пётр - то, что там, называется совсем иначе…»