Иегова

С ИМЕНЕМ БОГА - В ВЕТХИЙ ЗАВЕТ

«Ради того, чтобы называться именем Бога, мы готовы идти на любые жертвы»

(«Организованы, чтобы исполнять волю Иеговы», стр. 143)

Учение об имени Бога занимает в мышлении Свидетелей Иеговы особое место. Любые сомнения в правильности богословия Сторожевой Башни отметаются с помощью непререкаемого догмата: только истинная Божья организация знает и употребляет имя Бога. Например, в книге для изучения «Чему на самом деле учит Библия?» (стр. 146) говорится: «Те, кто принадлежит к истинной религии, чтят как Бога только Иегову и провозглашают его имя». В журнале «Пробудитесь!» за 22 января 2004 года (стр. 7) поясняется: «Зная Божье имя и употребляя его, мы приближаемся к угодному Богу поклонению, существовавшему в библейские времена».

История имени. Чарльз Рассел, основатель движения, использовал имя «Иегова» в своих произведениях. Гораздо раньше это имя широко применялось в деятельности масонских лож. Еврейский Тетраграмматон можно увидеть во многих зданиях, возведенных масонами (именно такие здания без указания авторства приведены в брошюре Свидетелей Иеговы «Божье имя пребудет вовек») для использования в религиозных целях. Вы также можете видеть книгу «История масонов» 1908 года издания (времен Рассела), корешек которой содержит один из основных масонских символов – Тетраграмматон (другой символ – крест в короне – появлялся практически во всех изданиях основателя ОСБ).

Рассел тяготел к масонству и неоднократно об это заявлял совершенно открыто. Некоторые основополагающие атрибуты масонства были успешно перенесены на новую религию, в том числе признание особой роли пирамиды Хеопса.

В 1931 году Рутерфорд переименовал «Исследователей Библии» в «Свидетелей Иеговы», хотя Чарльз Рассел категорически возражал против того, чтобы присваивать движению эксклюзивное название, — он считал это сектантством. Нарушив волю основателя организации, Рутерфорд стремился подавить инакомыслие — приверженцы старых, установленных Расселом порядков, должны были или покинуть ряды организации, или смириться с переменами. Кроме того, новое учение об имени Бога должно было укрепить его личную власть как вождя эксклюзивной «божьей организации» на земле, а не просто преемника Рассела. Он стал тем, кто называет Бога по имени и вещает во имя его!

Рутерфорд объявил, что новое название дано «устами Господа Бога», сославшись на библейские тексты Исаия 43:10-12; 62:1,2; 66:2 и Откровение 12:17. Однако ни один из названных текстов не указывает на то, что Богу угодно, чтобы последователи Христа назывались именем Иеговы. Напротив, в Деяниях 11:26 говорится, что верующие «по воле провидения впервые были названы христианами», и сам Иисус обещал, что после Его вознесения на верующих в Него сойдет Святой Дух, и они станут Его свидетелями (Деяния 1:8). В 1 Коринфянам 1:2 апостол Павел описывает членов новозаветной Церкви как тех, кто «повсюду призывает имя нашего Господа, Иисуса Христа». Тем не менее, проигнорировав все библейские доводы, в марте 1939 года Рутерфорд удаляет с обложки «Сторожевой Башни» напоминания о Христе, заменяя выражением «возвещает Царство Иеговы».

Иегова или Яхве? Священное имя Бога («хашем») в Ветхом Завете изображалось с помощью сочетания четырех еврейских букв (Йод-Хей-Вав-Хей, יהוה). В библеистике это сочетание букв традиционно называют «Тетраграмматоном», т. е. четырехбуквием. Поскольку евреи почти никогда не произносили Тетраграмматон вслух, опасаясь случайного богохульства, а диакритические знаки («некудот»), с помощью которых на письме изображались гласные, появились в иврите только после Рождества Христова, точное произношение этого сочетания букв не сохранилось.

Впоследствии масореты (иудейские книжники) подставили в это сочетание огласовки (а-о-а) из еврейского слова «Адонай» (т. е. «Господь»). В результате образовалось заведомо искусственное прочтение «Иегова». В первой половине XIX века ученые предложили более точный вариант произношения, «Яхве», которое к настоящему времени используется в большинстве научных публикаций. Свидетели Иеговы признают этот факт в своей брошюре «Божье имя пребудет вовек», однако приведенные там пояснения настолько расплывчаты, что рядовой член организации едва ли задумается о том, правильно ли считать заведомо неверное произношение истинным именем Бога: «Не лучше ли было бы употреблять форму, которая, может быть, ближе к первоначальному произношению [т. е. Яхве]? Не совсем, поскольку к библейским именам это правило обычно не применяется. Самый наглядный пример этого — имя Иисуса. Знаешь ли ты, как в повседневной речи обращались к Иисусу его родные и друзья, пока он рос в Назарете? Никто этого точно не знает, хотя, возможно, это было что-то вроде Иешуа (или, может быть, Иегошуа). Определенно одно — его имя не звучало как Иисус. Тем не менее, когда сообщения о его жизни записывались на греческом языке, вдохновленные Богом писатели не пытались сохранить древнееврейское произношение» (стр. 8-10).

И здесь проявляется излюбленная тактика ОСБ – квазинаучными обоснованиями подавлять всякую логику. Бог дал возможность узнать греческий эквивалент еврейского имени собственного Сына. Но свое личное имя в Греческие Писания Он не включил! Если в Ветхом Завете еврейский Тетраграмматон встречается почти 7000 раз, то в Новом Завете его греческий эквивалент напрочь отсутствует. Таким образом, современный читатель знает со стопроцентной уверенностью, как звали Христа (это имя использовано в Новом Завете почти тысячу раз), и в то же самое время, находится в полном неведении в отношении имени Бога.

Далее авторы брошюры ссылаются на традицию осовременивания ветхозаветных еврейских имен: «Мы говорим Иеремия, а не Иермиягу. Подобно этому, мы говорим Исаия, хотя в свое время этот пророк, вероятно, был известен как Иешаягу. Даже те ученые, которым известно первоначальное произношение этих имен, говоря о них, употребляют не древнюю, а современную форму произношения».

Но в Новом Завете присутствует имя и Иеремии, и Исаии. Мы не в неведении относительно того, как их правильно произносить, и нам нет никакого смысла гадать, как называли Иеремию или Исаию древние иудеи, поскольку мы точно знаем как звучали имена этих пророков по-древнегречески.

Действительно, именам и названиям свойственно изменять свое звучание при переходе в другой язык. И в этом нет ничего страшного до тех пор, пока эти изменения последовательны и постоянны — никто и никогда не утверждал, что спасение человека может зависеть от того, насколько правильно с точки зрения еврейского языка он произносит имя Исаии, Иеремии или даже Христа. В тоже время, как уверяет нас журнал «Сторожевая Башня», «наше спасение в день суда будет зависеть от того, знаем ли мы имя Бога или нет» (1 ноября 1993 года, стр. 5). Таким образом, сами Свидетели Иеговы отказываются ставить священное имя ЙХВХ в один ряд с обычными человеческими именами и названиями, и потому подходить к этому имени с обычной меркой они не вправе.

Здравый смысл побуждает спросить, как в принципе можно «знать», а тем более «использовать» священное и единственное в своем роде имя Бога, произношение которого не сохранилось? От этого вопроса Общество просто отмахивается: «Очевидно, что первоначальное произношение имени Бога больше не известно. Да и не это важно. Если бы это было важно, то Бог бы сам позаботился о том, чтобы оно сохранилось для нас. Важно употреблять имя Бога так, как оно обычно произносится на нашем языке» («Божье имя пребудет вовек»,  стр. 7).

Довольно странное заявление! Так в том-то и дело, что Бог НЕ позаботился об этом! Получается, что Бог ставит спасение людей в зависимость от знания и употребления Его имени, но при этом не считает важным сохранить физическую возможность его знать и употреблять.

Следует напомнить, что как «Иегова», так и «Яхве» — это заведомо искусственные реконструкции, заменяющие собой нечитаемую Тетраграмму, а не просто случайные формы оригинального имени, сложившиеся при переводе Писания на другой язык. Чем же, в таком случае, они лучше замены в виде слова «Господь», которое во многих переводах Библии используется вместо непроизносимого Тетраграмматона? Ведь если первоначальное произношение неважно, можно использовать едва ли не любое общепринятое слово. К тому же, традиция замены Тетраграмматона словом «Господь» уходит еще во времена Ветхого Завета, т. е. гораздо древнее вариантов «Иегова» и «Яхве», даже вместе взятых.

Иегова или Авва? Как бы предвосхищая неприятные аргументы, в журнале «Пробудитесь!» за 8 февраля 1999 года (стр. 8) утверждалось, что слово «Отец» (как и слово «Господь») - это титул, и в нем «нет ничего личного или отличительного». По этому поводу в книге «В поисках христианской свободы» Реймонд Френц писал:

«В наших собственных семейных взаимоотношениях мы обычно не обращаемся к своему отцу как "Джон", "Ричард", "Герман" или по какому-нибудь другому имени, которым его зовут. Если бы это было так, то это никак не указывало бы на близость наших отношений с родителем. Мы обращаемся к нему как "отец" или, более неформальным образом, "папа". Те, у кого нет сыновних отношений с нашим отцом, не могут его так называть. Они могут пользоваться лишь более формальным обращением, употребляя какое-либо конкретное имя… Этот факт, несомненно, играет важную роль в объяснении того, почему с дохристианских времен с их особым вниманием к имени "Иегова" произошла несомненная перемена к христианскому вниманию к Богу как к небесному "Отцу"».

Согласно Новому Завету, порой Христос и его последователи обращались к Богу как к Отцу, называя его «Авва» (арам., буквально – «папа», «отец»), выражая тем самым высшую степень искренней любви и доверия (Марка 14:36; Римл. 8:15; Гал. 4:6). В Ветхом Завете мы не встречаем ничего подобного.

В книге «В поисках христианской свободы» (глава 14) Реймонд Френц пишет:

«В сравнении с 6800 или более того случаев, когда в дохристианских еврейских Писаниях употребляется [Тетраграмматон], о Боге как об "Отце" в них говорится лишь около 12 раз. Даже в этих случаях Бог часто назван "Отцом" Израиля как народа, а не Отцом, имеющим личные взаимоотношения с отдельными людьми. Следовательно, лишь с приходом Сына Бога и его откровением Отца эти близкие личные отношения выходят на первый план... В [Новом Завете] он назван "Отцом" около 260 раз…

В отличие от Свидетелей Иеговы, которые как правило обращаются к Богу в молитве как к "Иегове", Иисус ни разу не называл так Бога, а последовательно обращался к нему как к "Отцу"… Ввиду этого, понятно, что когда в молитве он говорит своему Отцу: "Отец, прославь имя свое", слово "имя" используется здесь в его более глубоком смысле, означая саму Личность… В последнюю ночь перед своей смертью, в разговорах с учениками и в продолжительной молитве Иисус упомянул о Божьем "имени" четыре раза. Однако за всю ту ночь, когда Иисус дал своим ученикам много советов и наставлений, когда он горячо молился, нельзя найти ни одного примера, чтобы он употребил имя "Иегова". Напротив, он последовательно называл Бога "Отцом", сделав это около пятидесяти раз! Умирая на следующий день, он воскликнул "Боже мой, Боже мой", а не имя "Иегова", и его последними словами были: "Отец, в твои руки вверяю дух мой". Ввиду этого, будучи христианами, чьему примеру мы должны следовать? Примеру религиозной конфессии двадцатого века или примеру Сына Бога, проявленному в такое решающее время?»

Свидетели Христа. В свете сказанного Френцем о перемене в отношении к имени «Иегова», произошедшей с переменой завета с Ветхого на Новый, еще более удивителен тот факт, что последователи Сторожевой Башни с гордостью именуют себя «Свидетелями Иеговы», в то время как Иисус Христос недвусмысленно поручил Своим ученикам быть «Ему свидетелями» (Деяния 1:8).

Единственным важным именем для ранней Церкви было имя Христа: «Под небом нет другого имени, данного людям, которым мы должны спастись» (Деяния 4:12). Новый Завет последовательно учит, что имя Христа «выше всякого имени» (Фил. 2:9,10). Во имя Христа верующие первого века собирались вместе, молились, получали Святой Дух, покаяние, прощение, оправдание, освящение и даже «изгоняли бесов» (Матфея 18:20; Луки 24:47; Марка 16:17; Иоанна 14:13,26). Его именем благодарили, крестили, исцеляли больных, совершали знамения, проповедовали, учили, были освящены, оправданы, гонимы и жертвовали жизнью (Иоанна 1:12; Деяния 2:38; 3:6; 4:10,18-20,30; 8:12; 10:48; 15:26; 16:18; 1 Петра 4:14; 1 Иоанна 3:23; 1 Кор. 1:10; Эфесянам. 5:20). Не удивительно, что выражение «призывающие имя Христа» стало синонимом слова «христианин» (1 Кор. 1:2), то есть «принадлежащий Христу» (Марка 9:41).

Следует также учесть, что к Христу новозаветные авторы применяют немало высказываний и пророчеств из Ветхого Завета, которые первоначально были адресованы Богу. К примеру, в Римлянам 10:13 Павел применяет к Иисусу слова пророка Иоиля (2:32, СинП): «...всякий, кто призовет имя Господне, спасется». Если принять во внимание, что в еврейском тексте пророчества Иоиля использован Тетраграмматон, то апостол Павел, по существу, отождествляет Христа с Яхве (Иеговой). Такая же аналогия прослеживается при сравнении текстов Исаия 45:22-24 и Филиппийцам 2:9-11; Иеремия 17:10 и Откровение 2:23.

Уважение или фамильярность? Если представить Свидетеля Иеговы в христианском собрании I века, где бы он утверждал, что неважно как зовут Бога, главное произносить его имя так, как ты считаешь нужным, это бы, в лучшем случае, было расценено как призыв к сектантству. А услышав сотни раз пророненное слово «Иегова», его приняли бы за какого-нибудь ортодокса.

Такое неумеренное отношение Свидетелей Иеговы к еврейской Тетраграмме не имеет под собой никаких теологических обоснований, зато является незаменимым «кнутом и пряником» в руках руководства. Беспощадная эксплуатация имени «Иегова» дает возможность с особой силой подчеркнуть уникальность Организации. В книге «Рассуждение на основании Писания» (стр. 26) сказано: «Как можно узнать организацию Иеговы в наши дни? Она превозносит Иегову как единственного истинного Бога и возвеличивает его имя!»

Имя Бога для членов ОСБ подобно магическому оберегу. Например, в «Ежегоднике Свидетелей Иеговы» за 2009 год (стр. 129) приводится случай с молодым человеком, которому отец категорически запретил встречаться со Свидетелями, но вскоре передумал. О причине изменений в позиции отца говорится следующее: «Тетя мне рассказала: «Когда ты спал, ты кричал: „Иегова, пожалуйста, помоги мне!“» Наверное, я кричал во сне. К счастью, мои стенания смягчили сердце отца».

И хотя члены организации никогда не признаются, что видят в имени «Иегова» некий фетиш, но со стороны трудно этого не заметить.

Это имя встречается в литературе Общества гораздо чаще имени Христа. Частота его использования настолько велика, что вполне можно говорить не об уважительном, а откровенно фамильярном отношении к Богу. Авторы «Сторожевой Башни» за 15 января 1999 года (стр. 16) даже посчитали важным умерить пыл рядовых Свидетелей Иеговы, дав им следующее предупреждение: «В молитве нам нужно избегать таких выражений, как "Доброе утро, Иегова", "Привет тебе от нас" или "Всего хорошего"». А  в «Сторожевой Башне» за 1 февраля 2012 года (стр. 30) приводятся слова члена Руководящего совета Свидетелей Иеговы Стивена Летта, произнесенные им как реакция на рассказ миссионеров о проделанной работе: «На лице Иеговы появится улыбка радости». Можно ли назвать подобное высказывание адекватным по отношению к Богу?

С этим именем анонсировались все лжепророчества. Оно не сходит с уст элиты, требующей всяческого послушания. В журнале «Сторожевая Башня» за 15 сентября 2005 года (стр. 20) говорилось: «Есть опасность, что на земную часть организации Иеговы мы начнем смотреть с человеческой точки зрения. А тогда у нас может развиться дух недовольства и мы перестанем ценить представителей Иеговы». Таким образом, «Иегова» становится заложником самозваных «представителей», требующих по отношению к себе безропотной преданности, лишая читателя права рассматривать их «с человеческой точки зрения».

Кроме того, такой потребительский взгляд на еврейский Тетраграмматон провоцирует духовную лень и нежелание работать с людьми. Например, это становится очевидным, если рассмотреть практикуемую в ОСБ систему «правовых (судебных) комитетов». Люди, изгнанные из организации за несогласие с ее учениями и принципами деятельности, считаются «отступниками, не чтущими имя Иеговы». И этого вполне достаточно, чтобы рядовой верующий не задавал лишних вопросов и воспринимал любые решения старейшин как божественный акт.

А что, если человек, покинувший организацию, продолжит использовать имя «Иегова»? Можно ли считать его «чтущим имя Бога»? В журнале «Сторожевая Башня» за 15 февраля 2004 года (стр. 16) по этому поводу сообщалось: «Сатана с давних пор пользуется отступниками, чтобы совращать с истинного пути служителей Бога. Отступники могут утверждать, что поклоняются Иегове и верят Библии, но они отвергают видимую часть Божьей организации».

То есть, имя Бога – всего лишь приложение к Организации, некая табличка на входе! Более, того, оно накрепко связано с элитой. Как говорилось в «Сторожевой Башне» за 1 декабря 2007 года (стр. 11): «В наши дни христианский мир, в котором большинство только называют себя христианами, отвергнут Иеговой. Лишь небольшая группа помазанных христиан "призывает... имя" Иеговы…».

«Небольшой группой» является всемогущий и находящийся под «божественной» опекой Руководящий совет.

В 1931 году Рутерфорд дал своим адептам ветхозаветное имя – «Свидетели Иеговы», или иудеи под законом Моисея. Своим отношением к вере и практикой богослужения Свидетели Иеговы остались далеко за пределами реалий Нового Завета.

Однако элите ОСБ показалось недостаточным беспринципное использование Тетраграмматона. Как мы увидим далее, очередь дошла и до ревизии Писания.

ЭТО ВАЖНО

В защиту своих идей авторы ОСБ часто прибегают к ложным аналогиям. Например, в журнале «Пробудитесь!» за 22 января 2004 года были опубликованы фотографии монет и фрагментов архитектуры с использованием слова «Иегова». Однако, это никак не доказывает, что нечитаемый древнееврейский Тетраграмматон звучит именно так. Здесь же утверждается, что слово «Иегова» в Ветхом Завете используется рекордное число раз, хотя такого слова в первоисточнике вы не обнаружите

Еще одним примером ложных аналогий служат иллюстрации, подобные той, что опубликована в журнале «Сторожевая Башня» за 1 ноября 1993 года (стр. 31).

По логике авторов, поскольку первые христиане имели Септупгинту, следовательно, они знали имя Бога и употребляли его до времени «отступничества», в течение которого имя Бога якобы было «удалено из рукописей Септуагинты, а также из евангелий и других книг Библии».

Но подобные утверждения лишь выявляют истинные мотивы авторов, а именно: вопреки всей логике и доказательной базе убедить «паству» в абсолютно нежизнеспособной теории. Первые христиане действительно могли пользоваться Септуагинтой, поскольку это известный перевод Ветхого Завета, а в Ветхом Завете изначально присутствовал еврейский Тетраграмматон. Но это никоим образом не означает, что первые христиане повсеместно знали произношение четырёхбуквия и использовали его в своей практике. И уж, конечно, наличие Тетраграмматона в Ветхом Завете безотносительно наименования перевода не может являться доказательством наличия имени Бога в «евангелиях и других книгах Библии», поскольку ни одного достоверного факта этому не существует