САША ДУХОВНЫЙ

Для многих выход из организации Свидетелей Иеговы — самая настоящая пытка. Вроде всё довольно просто — не приходишь на встречи собрания, сбавляешь обороты в проповеди, становишься «неактивным возвещателем» и вуаля — ты только числишься в рядах адептов. Но, это не совсем грамотный метод. Если уж что-то заканчивать, то делать это нужно с корнем. Да, осознать тот факт, что ты потерял несколько лет жизни в этой организации, потерял всех друзей, с которыми был «и в горе, и в радости», осознать, что у тебя нет нормального образования, потому что ты мыл полы ради более «благих дел», как проповедь и посещение встреч собрания, осознать эти факты — не самое приятное занятие. Поэтому я расскажу, как меня мотало нещадно несколько лет из стороны в сторону из-за проведенной жизни в этой организации.

Есть такое понятие, как «вьетнамский» или «афганский синдром», проще говоря, посттравматическое стрессовое расстройство. Звучит зловеще, и на практике тоже очень жуткая штука. В основном, страдают таким синдромом военные, участвующие в боевых действиях, те, кто перенес тяжелую физическую травму, люди, подвергшиеся сексуальному насилию (что в рамках организации Свидетелей Иеговы очень распространено), или кто-то, кто испытал на себе угрозу смерти. Симптомом такого синдрома является переживание интенсивного страха, беспомощности и крайнего ужаса. При этом стресс, который испытывает человек, сам по себе является чрезвычайно мощным переживанием, и часто вызывает мысли о суициде. К чему я веду?

Если ты читаешь эту статью, то я очень рад, действительно очень рад за тебя! Ты реально смог вырваться из лап этой организации. Или ты уже встал на путь освобождения. Я горжусь тобой, ты нашел силу, мужество, волю и терпение, чтобы начать думать, размышлять, исследовать, копаться в грязном белье и выискивать всю подноготную этой организации для того, чтобы самому понять, что Свидетели Иеговы — вовсе не такие белые и пушистые, как ее представляют послушники ОСБ. Ты реально крут! Молодец! Правда) Ты составляешь собой тот самый 1% здравомыслящих людей, которые не побоялись, которые исследовали, которые не забили куда-то глубоко свои сомнения, которые разобрались во всём, и которые сейчас стараются наладить свою жизнь вне Свидетелей Иеговы. Повторюсь, ты молодец!

Но вернусь к посттравматическому синдрому. Когда я шел на правовой комитет, я примерно представлял, как изменится моя жизнь после того, как мне объявят приговор. В моем случае я сразу знал, что меня лишат общения. И я это знал не потому, что мой грех был супер-серьезным, нет. Я это знал потому, что старейшина моего собрания, за несколько дней до ПК (когда я с ним поделился тем, что было у меня на душе), сказал мне, что «в твоем случае приговор будет только один». То есть, меня «казнили» за несколько дней до казни. Я не буду рассказывать целиком и полностью свою историю, отмечать какие-то моменты, которые пошатнули мою верю в организацию, или что-то ещё. Таких моментов было много, сомнения накапливались в геометрической прогрессии, ответов я не находил, а если и находил, то они были расплывчаты и туманны. Не буду также поливать грязью эту организацию, какой бы мерзкой она не была, потому что, во-первых, кто я такой чтобы судить людей, во-вторых у меня осталась там мама, с которой я не общаюсь уже много месяцев, и в-третьих виноваты вовсе не рядовые адепты организации, а большой жирный «босс», который управляет ей сверху, ловко манипулируя умами и эмоциями людей, находящихся внизу пирамиды. Но я хотел рассказать о другом…

Мне стоило немалых усилий собраться с мыслями, и написать эту очень тяжелую для себя статью. Вспоминая события последних пяти лет (начиная с октября 2013 года, когда я перестал посещать встречи собрания и присвоил себе звание «неактивного возвещателя» среди соверующих), меня начинает мелко трясти от омерзения, хочется просто забиться в угол и расплакаться, осознавая всю тяжесть стресса, гнева, ужаса и чувствуя горечь потерянных лет. Я бы вообще не писал эту статью, но чем больше общаюсь в группе «Бывших узников секты Сторожевой Башни», чем больше читаю разные истории от бывших членов организации, тем чаще вижу в них похожие симптомы и паттерны поведения, которые были (и иногда есть) у меня. Когда я поскользнулся на луже депрессии — почти никто не пришёл на помощь, потому что все близкие мне люди отказались со мной общаться по причине лишения общения.

Сложно сказать, когда точно начались предпосылки депрессии — разнообразные стрессы, факапы, бессонные ночи, — всё это влияет на нервную систему и потихоньку расшатывает её. Череда событий, шедших одно за другим, медленно, но верно добивали меня. Постоянный дикий стресс в течении полутора лет с момента ПК (январь 2017 года), провалы по всем фронтам, проблемы со здоровьем, с отношениями, с семьей, с проектами и работой — удары прилетали один за одним (как Рокки во время боя с Иваном Драго), и в какой-то момент я просто устал, не закрылся, пропустил эти удары…

Итак, давай разберемся с симптоматикой. Самая мерзкая особенность депрессии в том, что ты не замечаешь её симптомов. Например, если болит спина, то мозг говорит тебе об этом. Но если проблема как раз находится в том же центре, которым ты думаешь и принимаешь решения, — заметить признак надвигающейся бури практически невозможно. Это как с ожирением, когда ты смотришь на себя в зеркало каждый день и не видишь происходящих изменений, но тут встречаешь знакомого, который не виделся с тобой три месяца, и он сразу замечает разницу.

Начинается все с того, что пропадает тяга к привычным интересам. Любимое коллекционирование ретро-музыки, походы в лес, покатушки на велосипедах — всё то, что я так любил, превратилось в рутину, не приносящую никакого удовольствия. В какой-то момент жизнь свелась к тому, что я сидел на работе по восемь часов, потом шел домой, ложился на кровать и смотрел в потолок, пока не засну. И на следующей день — все по новой. День сурка. Мне вообще ничего не хотелось делать.

Знакомое чувство, не правда ли?

Когда все интересы исчезают, остается только одна вещь, которую ты делаешь неосознанно — ты напряженно думаешь. Самая страшная часть депрессии. Все причины, по которым ты оказался в таком положении, давят тебе на мозг. Ты никому не нужен, тебе не с кем поделиться, все твои друзья, родственники перестали общаться с тобой по причине лишения общения, и любая мысль в твоей голове, любая логическая цепочка упирается в тупик — в вопрос: «а какой в этом смысл?» Всё кажется бессмысленным, и ты не можешь ничего делать, потому что ты уже знаешь, что результат любого теоретического действия не имеет под собой никакого смысла.

Тебя это пугает, и вот депрессия принимает новые физиологические симптомы — постоянное чувство тревоги. В любой ситуации ты чувствуешь себя неуверенно, по любому поводу ты очень сильно переживаешь. Проблемы не решаются, и ты пытаешься увернуться от них. От признания бессмысленности такого существования возникает постоянное чувство апатии. В конечном итоге ты не можешь читать, начинается дикая рассеянность, не можешь смотреть фильмы, просто не улавливаешь суть, не можешь ничего запомнить, начинаются какие-то провалы в памяти, ты постоянно боишься, и всё это время напряженно думаешь. И как я уже выше говорил, думать — самая страшная часть депрессии.

Разумеется, такая жизнь тебе не нравится, и в один прекрасный момент ты отвечаешь отрицательно на главный вопрос: «а есть ли смысл мне жить?» После появления первых суицидальных мыслей я чётко понял, что больше не хозяин себе самому и не могу совладать со своей головой, и что лучше мне не становится.

Спустя какое-то время, когда я отчаянно пытался не сорваться, я понял, что пора бы куда-нибудь начать двигаться. Хотя бы начать. Мелкими шагами. И я снова начал делать то, что делал последние полтора года — я начал думать. Только в обратную сторону. Потихоньку я двигался в обратном направлении, перебирая кусочки воспоминаний, чтобы понять истинные причины своей депрессии. И я достиг небывалых высот. Сколько там всего скрылось — ужас, но главная причина всегда оказывалась одной и той же — моё детство…

Я был воспитан постулатами Свидетелей Иеговы. Детские комплексы, потрясения, жесткие ситуации в школе из-за религии, когда меня встречали всем двором и спрашивали, почему я не могу прийти на день рождение к другу, почему я хожу в костюме и с сумкой, и стучусь в двери к своим одноклассникам, и говорю странные вещи про бога.

В подростковом возрасте случилось немало, и я понял, что погряз в этой секте с головой, и вылезти так просто уже не получится. Витал страх осуждения. Любые разговоры с братьями сводились к одному — нет лучшего пути, чем быть со Свидетелями Иеговы. На тот момент меня уже крестили. Все только и говорили, что раз посвятился Богу — будь добр выполнять его требования. Но как оказалось, я выполнял требования ВиБРа, и не Иеговы. Боялся подставить свою маму, боялся подставить своих соверующих. Я разрывался между двух сторон, не знал куда мне пойти, с кем поговорить. В итоге, я решил делать так, как было удобно мне. Да, вероятно это эгоизм, но в конечном итоге, это моя жизнь и тратить её на веру во всемогущего ВиБРа мне совершенно не хотелось. Поэтому, после очередного ножа в спину со стороны старейшин нашего собрания, которые лояльно отнеслись к тому, что для меня было очень важным и серьезным, я перестал посещать собрания.

Несколько месяцев я двигался назад и распутывал этот клубок логических парадоксов, которые сам же и запутал. Организация Свидетелей Иеговы забрала у меня чувство спокойствия, забрала общение с матерью, лишила меня всех прелестей детства, наградила постоянным страхом, тревогой, стрессом и в конечном итоге добила депрессией. Во время многочисленных самокопаний, я очень много о себе узнал, и очень много для себя открыл и решил. Это нереальное чувство облегчения — разобраться в самом себе.

Сейчас в моей жизни немало стресса, но я знаю, что эту ударную волну я переживу. Но это не точно.  

День свадьбы

Итак, подведу итоги. Когда я начинал писать эту небольшую статью, я решил просто поведать свою историю, как моя семья воспитывала меня с самого детства в организации Свидетелей Иеговы, как меня лишили всех маленьких радостей жизни, как было тяжко в школе отстаивать религию, в которую я сам особо не верил, как было непросто в подростковом возрасте, когда гормоны бушуют, а ты идешь в костюме проповедовать и вешать лапшу на уши людям. Как было сложно вообще планировать свою жизнь, когда на собраниях говорят о том, как и кому стоит посвятить себя. Но я решил поделиться именно тем промежутком своей жизни, когда наступил период адаптации после выхода из организации и перед входом в полноценную жизнь без влияния Свидетелей Иеговы. Какие выводы я для себя сделал?

Я всегда считал себя спокойным человеком, с железными нервами и волей, которого мало что может пошатнуть. Поэтому, когда я споткнулся с чередой проблем, никто особо не поспешил мне помочь, потому что мало кто считает депрессию чем-то серьезным. Мол, «это же Саша, он же справится». А я не справился.

В собрании только говорят о том, как важно поддерживать друг друга, но на деле за спиной говорят гадости, обзывают, подкалывают, сплетничают — но почему-то совсем не принято открывать душу и говорить хорошие вещи. Несколько раз меня вызывали старейшины для якобы «пасторского посещения», когда я стал неактивным возвещателем. Но и там мне пришлось оправдываться, почему я перестал проповедовать и посещать встречи собрания. Я один раз поделился своими переживаниями со старейшинами, и то на Правовом комитете, после которого меня попросту лишили общения. Вместо того, чтобы помочь и протянуть руку, меня сбросили лететь вниз.

Можно подумать, что я кого-то виню в том, что мне не оказали помощь. Нет, вовсе нет. От рядовых Свидетелей исходила масса полезных вещей. До сих пор благодарен многим за помощь, оказанную тем или иным способом. Я никого не виню.

За годы, проведенные в апатии, я читал много статей на эту тему, и знаю, что в нашем обществе депрессия — это признак лени и слабости. Нет от неё лекарств. Разговоры о том, что антидепрессанты помогают — это миф. Они просто подавляют чувство тревоги, делают тебя чуток отрешенным.

Моя жена
Моя жена

Единственное, что может помочь — это здоровая обстановка в семье и в кругу близких людей. Искренность, открытость и честность. Я благодарен своим немногочисленным друзьям, которые, сами того не ведая, вытаскивают меня из моего же состояния. Безумно благодарен своей жене, которая очень старается, чтобы я чувствовал себя намного лучше. Если бы не она, я бы не справился в одиночку.

Если ты читаешь эту статью, я хочу попросить тебя кое о чем — будь внимательнее и добрее к своим близким людям. Делиться нужно не только радостями, но и проблемами. Решать их вместе. Держаться друг за друга, а если кто-то падает — помочь подняться. Неразрешенные проблемы вызывают изменения в поведении, которые очень сложно заметить, и если вовремя не уделить внимание человеку, то можно потерять его навсегда. Матеря и отцы — общайтесь со своими детьми, даже если они исключены. Время идет — пропасть растет, и неизвестно, когда все оборвется. Поймите, что нельзя заменять своих детей постулатами Свидетелей Иеговы. Это совсем не по-христиански.

Спасибо!

Моя семья в Югорске

P.S. Спасибо большое Стасу Ковтуну за то, что предложил написать статью. Я очень надеюсь, что мои мысли найдут своего читателя. Спасибо, Стас, за приглашение) Благодарность моей сестре за то, что несмотря на то, что я лишен общения, она все так же общается со мной) Спасибо всем из группы «Бывших узников» – ваши примеры вдохновляют)