РУКОПИСИ КУМРАНА

Статья под названием «Иисус: о чём умолчала Сторожевая Башня» в первоначальном виде была написана действующим Свидетелем Иеговы. В 2019 году автор прислал её на сайт «Некуда идти», написав следующее:

«Не знаю, подойдут ли мои исследования для опубликования, но хотелось бы узнать ваше мнение. Думаю, действующим Свидетелям Иеговы такая тема вряд ли придется по душе. Для них сама мысль о критическом анализе Библии является неприемлемой».

Статья действительно вышла крайне информативной, вполне соответствующей понятию «исследование». Но в том виде, как она была оформлена, её публикация неминуемо привела бы к тому, что нас тут же обвинили бы во всех смертных грехах. Причем выражения «богохульники» и «иуды» оказались бы самыми комплементарными. Конечно, мы бы это пережили, но учитывая, что сайт «Некуда Идти» не занимается вопросами теологии, и богословские беседы явно не входят в список наших предпочтений, то было бы проще всего отписаться автору, поблагодарив его за работу и пожелав дальнейших успехов.

Но именно в тот момент, когда этот пожилой и образованный исследователь прислал нам свою работу, готовилась к публикации еще одна статья под названием «Канон: почему его признало ОСБ», которая являла собой литературную обработку другого исследования австралийца Дага Мейсона (см. «Ежегодник 2019»). На статью пришло немало положительных отзывов, в том числе от людей, которые до сих пор пребывают в ОСБ. Работа «Иисус: о чём умолчала Сторожевая Башня» по своей сути являлся логическим продолжением той статьи, поэтому вопрос о её публикации отпал сам собой. Оставалось лишь провести дополнительные изыскания и привести её в такой вид, который был бы наиболее удобоварим.

Почему мы считаем данную тему важной? Теория кумранского происхождения христианства известна на протяжении всей второй половины прошлого века. На сегодняшний день она является не только наиболее популярной среди ученых, не обремененных религиозными предрассудками, но и легко доказуемой, благодаря открытиям Кумранских свитков, более широко известных как Свитки Мёртвого моря. Однако в религиозных кругах от этой теории шарахаются как чёрт от ладана. Любого, кто выявляет соглашательство с идеей кумранского генезиса христианства, тут же поливают отборными «духовными» помоями.

В среде Свидетелей Иеговы дело обстоит еще хуже. Они вообще отрезаны от любой информации на эту тему. Спроси их, кто такие жители Кумрана в дохристианские времена, и вы получите в качестве ответа выпученные глаза на фоне полного непонимания. Совершенно банальная информация, которую обязан знать любой уважающий себя «исследователь Библии», для них является не более чем пустым набором слов.

Попутно, исследуя данный вопрос, мы коснемся и проблематики канона, что уже само по себе более чем интересно и важно. И самое главное, мы коснемся личности Иисуса Христа. Мы сможем сравнить то, что знаем о нём из публикаций ОСБ, с реальными фактами, известными нам из манускриптов 11 пещер Кумрана, жители которого посчитали своим долгом сохранить письменные свидетельства эпох для будущих потомков.

Хочется подчеркнуть, что данное исследование не является атеистическим или чем-то, что покушается на чью-то веру. Такой задачи никогда не ставилось. Однако незнание фактов или их преднамеренное игнорирование вряд ли можно назвать «стремлением к познанию», о котором так часто трезвонят со своих страниц авторы публикаций ОСБ.

Кстати, во второй половине XX века католическая церковь, издав «эдикт вольностей», согласилась с тем, что критический анализ Писания является средством популяризации Библии и её лучшего понимания. Однако для большинства сект, наподобие ОСБ, сама идея «ворошить Библию» является богохульством. Но кто в этом виноват — ученые или фанатичные представители религий?

КУМРАН ОТКРЫВАЕТ ТАЙНЫ

«Кто же были жители той местности, где находилась кумранская библиотека? Профессор Елеазар Сукеник, который приобрел в 1947 году три свитка для иерусалимского Еврейского университета, первый предположил, что эти свитки принадлежали общине ессеев… Некоторые утверждают, что христианство зародилось в Кумране. Однако можно заметить, что религиозные взгляды кумранской секты и первых христиан во многом кардинально отличались. Из кумранских рукописей видно, что ессеи требовали особенно строгого соблюдения субботы и уделяли чрезмерное внимание церемониальной чистоте (Матфея 15:1—20; Луки 6:1—11). К тому же ессеи вели отшельническую жизнь, верили в судьбу, в бессмертие души, были движимы мистическими идеями служения Богу совместно с ангелами, а также строго соблюдали целибат. Это показывает, насколько их верования отличались от того, чему учил Иисус и первые христиане» («Сторожевая Башня» за 15 февраля 2001 года, стр. 4,5).

Это то немногое, что писали авторы Сторожевой Башни о жителях Кумрана. И всё, что вы видите в прочитанном тексте, включая принадлежность кумранской общины к ессеям, является искажением фактов или неправдой.

В той же статье из «Сторожевой Башни», на странице 7, говорится, что «секта кумранитов ошибочно применяла к себе исполнение текста Исаия 40:3, считая себя гласом вопиющего в пустыне, который приготавливает путь Иегове. Некоторые фрагменты свитков указывают на Мессию, чье пришествие они вскоре ожидали. Это особенно интересно, поскольку Лука отмечает, что "народ был в ожидании" Мессии (Луки 3:15)».

Давайте запомним эти мысли, они нам пригодятся позднее. Но сказанное в этом абзаце является очень важным моментом, который имел место быть, и именно это доказывает прямую связь общины Кумрана с будущим христианством. Сами того не сознавая, авторы ОСБ подписались в этом. Если пересказать их посыл, то выглядит он так: в дохристианскую эпоху существовала мощная община, идеология которой была направлена на встречу Мессии, причём эта локальная кумранская идеология имела активное хождение в массах.

Однако, если бы авторы удосужились написать хоть какие-то подробности в отношении данного вопроса, то многим читателям «Сторожевой Башни» стало бы не по себе.

Но начнем мы с самого начала. Так чем же так прославился древний Кумран?

В журнале «Сторожевая Башня» за 15 апреля 1991 года (стр. 10) мы читаем:

«В 1947 году один молодой бедуинский пастух, присматривая за стадами, бросил камень через небольшое отверстие в трещиноватой поверхности скалы. Услышав звук, очевидно, разбивающегося глиняного кувшина, он испугался и убежал. Но два дня позже он вернулся и поднялся приблизительно на 100 метров, чтобы залезть в находящееся выше более широкое отверстие. Когда его глаза привыкли к темноте, он увидел десять больших кувшинов, стоящих вдоль стен пещеры, и массу разбитой керамики, разбросанной посреди упавших на пол камней».

Далее следует история путешествия манускриптов. Однако, как замечает в своей книге «Свитки Мертвого моря. Долгий путь к разгадке» Вандеркам Джеймс, история молодого бедуинского пастуха в действительности покрыта мраком. До сих пор неизвестно, сколько было вынесено свитков из первой открытой им пещеры, но количество разбросанных по ней осколков хватило бы на 40 цельных кувшинов. Не удивительно, что до сих пор на черном рынке можно встретить манускрипты, о которых ученые ничего не знают.

Но даже то, что было открыто в этой и еще десяти пещерах в районе Кумрана недалеко от Мертвого моря, а также в близлежащих территориях, приводит в трепет. Менее трети рукописей можно причислить к разряду «библейских», то есть знакомых нам по т.н. канону Ветхого Завета. Их датировка в основном относится ко временам позднего Второго Храма, то есть, как следует из пресс-релиза «Израильского управления древностями», начиная со II века до н.э.

Написаны они на разных языках, включая кумранский диалект, отличительной особенностью которого являлось наличие гласных в тексте, что невероятно само по себе и ставит кумранскую группу текстов в эксклюзивный и обособленный ряд, представляя собой отдельную ветвь в развитии языка. Данный факт перевернул всё представление о прошлом, поскольку считалось, что иудейская нация всегда отличалась монолитностью и однородностью, её эволюционное развитие проходило синхронно с точки зрения общественных традиций и развития языка и культуры. Но кумранские рукописи поставили на этом мифе жирный крест.

Большую часть рукописей составляли либо книги, имевшие вполне «канонический» статус среди евреев того времени, но не попавшие в современный «канон Ветхого завета», либо тексты, созданные самими членами кумранской общины. Об этих текстах мы еще поговорим, тем более что именно их цитировал Иисус Христос, а книга «Откровение» явилась жалким плагиатом на кумранские апокалипсисы.

Среди «канонических» книг чаще всего встречаются книги Торы (Пятикнижия), а также Псалмы и книга пророка Исаии (их в общей сложности около 150). Также очень часто встречаются другие рукописи, не вошедшие в церковной католический канон, в том числе книга Еноха (которую неоднократно цитировал Иисус Христос) и книга Юбилеев, — обе имели широчайшее распространение (только эти две книги представлены почти в полусотни манускриптах). И наоборот, некоторые книги т.н. «канона» вообще отсутствуют в этой невероятной по масштабах библиотеке. К примеру, книга Эсфирь не признавалась большинством общин древних евреев, и она предсказуемо отсутствует среди кумранских находок.

Как замечено на официальном сайте «Израильского управления древностями», «небиблейскими сочинениями называются тексты, которые не вошли в состав еврейской Библии. При этом, некоторые из них вполне могли признаваться священными как их авторами, так и читателями того времени». Среди них, к примеру, найдены такие произведения как «Премудрость Иисуса», Книга Товита, Послание Иеремии, Книга Бытие (не путать с Пятикнижием), Книга Еноха, Книга Юбилеев, Премудрость Соломона. Среди уникальнейших кумранских трудов найдены «Война сынов света против сынов тьмы» и «Комментарий на Книгу пророка Аваккума». Мы еще вспомним о них чуть ниже.

«Израильское управление древностями» особо отмечает тот факт, что благодаря кумранским рукописям мы можем лучше понимать истоки зарождения христианства, поскольку «многие из религиозных идей и практик, с которыми мы ознакомились, затем фигурируют в более поздних практиках». Именно поэтому свитки Мертвого моря настолько ошеломили ученых, что на протяжении десятков лет, вплоть до 1990-годов, рукописи хранились в строжайшей тайне и доступ к ним был закрыт.

Понимание того, что деятельность Иисуса Христа напрямую связана с идеологией кумранской общины, имевшей в те времена огромный авторитет, не поддавалась логическому объяснению. Церковь, — а за ней и все остальные, — всегда внушала своим приверженцам идею новаторства того, чему учил Христос. Но оказалась, что это не так. Многие цитаты Христа и целые отрывки новозаветных книг транслируют кумранские рукописи. Поверить в это было невозможно!

Как мы увидим далее, основной упор авторов текстов из Кумрана был сконцентрирован на личности Мессии, который должен умереть и воскреснуть ангелом, забрав к себе «святых», а также на полном преобразовании мира сатаны силами ангельского войска. Две эти идеи, так хорошо знакомые многим, в том числе и Свидетелям Иеговы, были озвучены именно в текстах жителей Кумрана, тем самым создав непреодолимую пропасть с традиционным иудаизмом и одновременно распахнув дверь для новой религиозной идеологии, которую мы знаем как христианство. Как сказано на сайте «Израильского управления древностями», «многие из свитков были написаны в период Иудейской независимости, когда евреями управляли иудейские первосвященники и цари Хасмонейской династии. Внутренняя и внешняя политическая нестабильность способствовала развитию идеи о том, что мир катится к погибели и скоро будет разрушен. Это и является историческим контекстом, сформировавшим мировоззрение авторов свитков — контекстом, который породил христианство».

Как сказано далее, «в момент написания этих свитков у еврейских общин еще не было концепции единого свода священных книг. Идея о строгом библейском "каноне" появилась на более поздней стадии», в связи с чем христианские тексты так много заимствовали у кумранской общины, ведь т.н. неканонические произведения таковыми в те времена не считались и ставились в один ряд с Торой и прочими вполне зарекомендовавшими себя текстами.

Касаясь свитков Мертвого моря, авторы ОСБ постоянно уходят от проблематики их содержания. Они абсолютно игнорируют тот простой факт, что сенсационность данных находок состоит вовсе не в том, что рукописи, якобы, подтверждают достоверность Библии. Перед нами открывается куда более грандиозная реальность, неприемлемая для ортодоксов. Давайте посмотрим, что пишут авторы ОСБ на страницах своих изданий:

«По словам одного из членов группы редакторов свитков Мертвого моря, даже один свиток "представляет собой неоспоримые доказательства [того], что в течение более тысячи лет еврейские переписчики передавали смысл библейского текста исключительно точно и верно"» («Сторожевая Башня» №4, 2016, стр. 7).

Странно, что авторы не называют имен тех, кого они цитируют. Но еще страннее тот факт, что они искренне считают, что даже один свиток достаточен, чтобы подтвердить незыблемость текста. Вот еще одна цитата на этот счёт из брошюры «Наполнить жизнь счастьем» (стр. 4):

«С древних времен такие верные Богу люди, как Ездра — "искусный переписчик закона Моисея", с особой тщательностью старались сохранить неизменным текст Священного Писания (Ездра 7:6). Выдающимся свидетельством того, что им это удалось, служат свитки Мертвого моря».

Но это не так. Давайте посмотрим, что говорится по этому поводу на официальном сайте «Израильского управление древностями»:

«Некоторые библейские манускрипты отличаются от канонического варианта языком или орфографией. Вставки в традиционный текст или, наоборот, сокращения оного свидетельствуют о свободном подходе переписчиков к тексту и его модификации».

То есть рукописи Мертвого моря указывают на обратное явление, а именно на то, что копирование текстов во времена Второго Храма не отличалось тщательностью, но допускались критические текстовые модификации, — и это еще одно открытие кумранских пещер. К тому же, часть рукописей написана на т.н. «тайном языке», ряд фрагментов вообще невозможно отнести к конкретному языку, а еще используются несколько диалектов, которые тоже влияют на понимание текстов. Несоответствие в текстах, которые представляет одну только книгу Бытие, огромен. Были найдены даже свитки книги Бытие, которые тут же окрестили «Апокрифом». Важно то, что множество произведений, включая Пятикнижие «Моисея», содержали поздние авторские вставки, — те самые текстуальные изменения, которые известны нам сегодня, что лишь доказывает отсутствие исходных текстов, датируемых более ранним, нежели II век до н.э, временем. Хотя, сам по себе этот факт вполне ожидаем. Сенсация заключается совсем в другом — в содержании тех произведений, о которых Свидетелям Иеговы никто не расскажет. 

СОЗДАНИЕ ВЕТХОГО ЗАВЕТА

Начнём с того, что Пятикнижие не является произведением Моисея и состоит из четырех независимых, относящихся к разным эпохам текстов, склеенных между собой. Об этом заявлял немецкий библеист Юлиус Велльгаузен еще в XIX веке, и по сей день никто не смог аргументированно опровергнуть данное утверждение.

Одна из книг Пятикнижия, «Второзаконие», а также последующие за ней шесть книг (Иисуса Навина, Судей и четыре книги Царств), вышла из рук автора, который не имел никакого отношения к описываемым в них событиям и жил в самом конце VII века до н.э. (О том, что, как утверждают Свидетели Иеговы, в современном виде книга Второзаконие была написана в 1473 г. до н.э., книга Иисуса Навина около 1450 г. до н.э., книга Судей в 1100 г. до н.э. и т.д., не может идти и речи). В научных кругах эти шесть книг называют Девтерономической историей, а автора «Девтерономистом». Более того, известный библейский исследователь Ричард Эллиот Фридман, опубликовавший несколько бестселлеров, в том числе книгу «Кто написал Библию?», совершенно чётко назвал имя этого Девтерономиста.

Вообще попытки установить подлинных авторов Пятикнижия предпринимались уже начиная с XI века, и все они заканчивались на удивление однообразно: сожжением данных трудов и религиозными гонениями вплоть до физического устранения.

Наиболее знаковой работой прошлого стало исследование голландского философа Спинозы (1632-1677). Неоднородность текста Торы, явные противоречия, вставки от третьего лица, выражения «по сей день», относящие читателя в гораздо поздние периоды истории, названия географических мест, которые также были даны гораздо позднее, информация, которую Моисей не мог знать (например, список царей Эдома, которые на самом деле жили после Моисея), и многое другое сподвигло Спинозу на исследования, которые привели к гонениям и покушению на его жизнь.

В XVII веке сразу три независимых исследователя (Х. Б. Виттер, Жан Астрюк и Дж. Г. Эйкхорн) обратили внимание на несоответствия текстов Пятикнижия, особенно в повторениях, то есть в историях, рассказанных дважды (две истории завета между Богом и Авраамом, два рассказа о сыне Авраама Исааке, две истории о претензиях Авраама к иноземному царю по поводу Сары и т.д.). Очевидным являлся тот факт, что в этих частых повторяющихся и противоречивых историях, в одном случае используется Тетраграмматон יהוה (имя Яхве), а в другом исключительно слово «Бог» (Элохим). Таким образом, присутствовали как минимум два разнородных документа, переписанных с разных источников, подвергшихся сокращениям и соединенных воедино. Причем все три исследователя, независимо друг от друга, пришли к выводу, что оба варианта текстов принадлежали перу людей, живших гораздо позднее Моисея.

В начале XIX века теория двух источников была расширена. Ученые нашли свидетельства того, что Пятикнижие — это продукт четырех авторов. Опять же, исследуя тройные повторения, а также стилистику текстов, появились убедительные доказательства присутствия третьего автора. А немецкий ученый Де Ветте доказал наличие четвертого автора, которому принадлежала вся книга Второзаконие, поразительно отличающаяся от первых четырех книг Торы своим языком написания. В дальнейшем эта теория была многократно подтверждена.

Как пишет Ричард Эллиотт Фридман, «теперь ученые могли открыть книгу Бытие и идентифицировать писания двух или даже трех авторов на одной странице. Здесь также была видна рука редактора, человека, который сократил и скомпоновал первоисточники; таким образом, более четырех различных человек могли быть причастны к созданию каждой страницы Библии». Неизвестным оставалось лишь имя этого самого редактора, соединившего разрозненные тексты и жившего в гораздо более позднюю эпоху.

Вывод, с которым вошли в XX век ученые библеисты, можно выразить так: значительное большинство текстов законодательного характера и большая часть повествования Пятикнижия не были известны ни в дни Моисея (тем более, не написаны им), ни даже во времена царей и пророков Израиля. Сегодня в этом нет уже никаких сомнений. Любой ученый в этой области знает, что Пятикнижие и Моисей — это разные вещи. Тем более, что в наличие появились новые свитки и новые методы исследования, например, лингвистический анализ. И появились новые доказательства, что Моисей был куда более далек от языка Пятикнижия, чем Шекспир от современного английского языка.

Впрочем, сегодня известно уже о многом и помимо Торы. К примеру, треть книги Исаии написана автором, жившим двести лет спустя, а книга Авдия, занимающая всего одну страничку Библии, является комбинацией двух произведений разных авторов.

 Что мы, например, знаем об авторстве первых четырех книг Торы? Её первые два автора имеют отношение к двум разным царствам — к Иудейскому царству и Израилю. Их, помимо использования Тетраграмматона יהוה (описывая одно и то же событие, его использует исключительно иудейский автор), разнят не только критические разночтения, но и лингвистические несоответствия буквально в каждой детали (применительно к животным один использует выражение «самки и самцы», другой называет их «мужские и женские особи», и т.д.). Сам язык изложения характерен для эпохи разделенных царств, а это, как известно, произошло в X веке до н.э. (если говорить точнее, оба автора жили в период между 922 и 722 г.г. до н.э.).

Если скрупулезно исследовать оба эти объединенные между собой текста, то нельзя не заметить, что первый автор рассказывает историю с точки зрения иудейской версии (Иудейского Царства), а второй с совершенно иной, т.е. израильской (Северного Израильского Царства). Например, описание с изнасилованием дочери Иакова Дины по иудейской версии заканчивается резней жителей провинившегося города, а в интерпретации израильтян — мирной покупкой земли Сихем. Учитывая, что, благодаря Иеровоаму, данный город являлся столицей Израиля, такое критическое разночтение становится понятным, если принять во внимание враждебное отношение двух царств. И такие разночтения сквозят буквально в каждом отрывке обоих авторов, включая наименования колен. Как пишет Фридман, «Истории J [первого автора] соответствуют городам и территории Иудеи. Рассказы E [второго автора] соответствуют городам и территории Израиля». Даже в таком классическом эпизоде, как спасение Иосифа, в первой интерпретации (J) оно происходит благодаря Иуде, а во второй (Е) — Рувиму.1 


1. Принято обозначать буквой J (от слова «иудей») автора, использовавшего Тетраграмматон. Объединенный текст двух авторов (J и Е) получил соответствующее обозначение JE.

Современные ученые считают автора-израильтянина Е левитом из Силома и возможным потомком Моисея. При царе Соломоне силомская ветвь священнослужителей была отстранена от служб и изгнана, поэтому, к примеру, в библейской сцене с поклонением золотому тельцу появляется предводитель в лице Аарона (Исход 32:1), потомки которого узурпировали всю религиозную власть в Иудее. Во времена написания текстов золотые тельцы стали ужасающей реальностью Израиля, и использование данного образа указывало на отступничество обоих царств эпохи Иеровоама. Тем не менее, принижая роль Аарона, но не покушаясь на историчность этой личности и его регалии, автор, тем не менее, выделяет в данном библейском эпизоде роль ревностных левитов, поскольку сам являлся таковым и ожидал, что политика израильского царства однажды все-таки приведет к объединению и восстановлению положения левитов, ведь не было никаких сомнений в том, что иудейские потомки Аарона не отдадут своих полномочий по доброй воле.

И подобные совершенно явные параллели прошлого и настоящего, описанные авторами с точки зрения текущего момента, идеально прослеживаются на протяжении всех четырех книг Торы. Даже касательно такого элемента как ковчег завета: в описаниях израильского автора Е он полностью отсутствует (как известно, ковчег находился в Иудее), зато часто присутствует Скиния, расположенная когда-то на территории нынешнего (для автора) Израиля. У автора-иудея J все с точностью наоборот.

Но кем являлся второй автор? Если учесть, что именно он использует Тетраграмматон, старается избегать описания религиозных практик, крайне скупо говорит о Моисее, зато уделяет особое внимание завету между Богом и патриархами, а также территориальным обещаниям Бога, можно с уверенностью сказать, что мы имеем дело с лицом, тесно связанным с правящей династией Иудеи, то есть с потомками царя Давида.

И здесь возникает другой вопрос: как создавались эти произведения?

Ричард Фридман пишет, что авторы «опирались на общую сокровищницу историй и преданий, потому что Израиль и Иудея когда-то были единым народом, а во многих отношениях все еще им и оставались. Они оба придерживались традиции божественного обещания их предкам Аврааму, Исааку и Иакову».

Однако, как далее замечает Фридман, даже если использовались схожие архивные источники, интерпретация одного автора никак не соответствовала видению той же истории другим автором, находящимся в теократической «оппозиции».

В пользу некоего общего источника, или древней рукописи, которую авторы J и Е подвергли собственной редакции, говорит тот факт, что их изложения часто довольно схожи, хотя, как говорилось выше, каждый из них отмечен яркими стилистическими особенностями и упором на разных персонажей, вступая при этом в противоречие друг с другом.

Но почему однажды произошло слияние двух независимых текстов, которые изначально, вне всяких сомнений, выглядели куда более объемными? Оба текста (J и Е) получили распространение среди евреев, однако они представляли собой альтернативные истории, по сути, тем самым дискредитируя саму эту историю. Необходимость в их компиляции явилась велением времени. К тому же оно имело политическую и социальную направленность, учитывая двухсотлетнюю историю раздора нации. Конечный вариант первых книг Торы мог бы стать приемлемым и окончательным для всех только в случае использования обоих вариантов рукописей, имевших непререкаемый авторитет сторон.2 


2. Окончательная редакция первых четырёх книг Торы принадлежит потомку Аарона и относится ко временам Второго Храма, то есть к V веку до н.э. Чуть ниже мы более подробно поговорим об этом.

Мир, созданный двумя авторами J и E, перестал существовать в 722 году до н.э., когда ассирийская империя уничтожила Израильское царство. Комбинированное произведение JE, как собрание национальных священных воспоминаний, стало основой для создания других произведений, соответствующих велению нового времени.

Хотя Иудея также подверглась опустошению, но царь Езекия все-таки устоял в Иерусалиме, превратив его в единое место религиозного поклонения, тем самым создав государственную монополию. Он даже уничтожил медного змея, создание которого приписывали самому Моисею, — хотя к данному предмету никогда и ни у кого не было претензий, — вместо того, чтобы сохранить реликвию хотя бы в качестве музейного экспоната. По сути, используя ситуацию потери значительных государственных территорий и полного паралича системы поклонения, Езекия избавился от всего, что нарушало монополию на оказание «священных услуг».

Два потомка Езекии, также находившиеся под гнетом Ассирии, не страдали столь трепетным отношением к централизации религиозного культа, когда еврею, чтобы отведать баранины, приходилось совершать путешествие в Иерусалим. Однако ревизия, проведенная Езекией, положила начало совершенно новому этапу в развитии иудаизма, выраженного в передаче исключительной власти и полномочий первосвященнику в Иерусалиме и многочисленной жреческой семье, из которой он происходил.

Третий потомок Езекии, Иосия, принял царство в возрасте восьми лет. До своего взросления он находился под влиянием представителей религиозной элиты, а затем возобновил преобразования своего прадеда. Помимо уничтожения всех мест поклонения с целью централизации религиозной системы исключительно в пределах Храма, он заставил всех жрецов (левитов), не находящихся в Иерусалиме, исполнять второстепенные рабочие функции у «официальных» левитов под управлением первосвященника.

Согласно библейскому историку, на восемнадцатом году царствования, то есть в 622 году до н.э., Иосия получил донесение от своего писца Шафана о том, что жрец Хелкия нашел в Храме «Книгу Закона». Прослушав предложенный текст, царь Иосия «разодрал одежды свои», затем вопросил пророчицу о значении услышанного и в итоге провел гигантские национальные торжества в честь возобновления завета между Богом и народом. Как известно, найденной книгой явилось «Второзаконие».

То, что Второзаконие по стилю и лексикону не соответствует четырем первым книгам Торы, не было секретом уже давно. Например, в 1805 году в Германии Вильгельм де Ветте приводил аргументы, согласно которым Второзаконие вовсе не являлось древней, составной книгой, которая, по версии богословов того времени, была якобы утрачена в течение длительного времени, а затем найдена Хелкией. Скорее всего, подчеркивал Де Ветте, Второзаконие было написано незадолго до того, как его "нашли" в храме, с целью подстегнуть религиозные реформы Иосии в нужном направлении.

Как замечает библеист Ричард Эллиотт Фридман, «это перенесло все влияние и доходы от отправления культа к жречеству иерусалимского Храма. Да и нашел ту самую книгу никто иной, как жрец этого Храма».

Здесь следует принять во внимание тот факт, что ранняя история Израиля ничего не знает о каком-либо законе централизации. Например, пророк Самуил, который помазал на царствование Давида, совершал жертвоприношения в разных местах. Также поступали Давид и Соломон. И даже выстроенный Соломоном храм, претендовавший на всемирный центр поклонения, не являлся препятствием для принесения жертв в других территориях.

Второзаконие, главной мыслью которого стала идея абсолютной централизации, никак не соответствовало реалиям исторического развития Израиля. Для ученых нашего времени, по меткому выражению Де Ветте, эта книга приобрела статус «благочестивого обмана», ведь, по сути, в отличие от всего до той поры известного, она легализовывала эту самую централизацию.

Книга Второзаконие представлена как прощальная речь Моисея перед его смертью на пути в землю Обетованную. Что убедило ученых в её позднем написании? Во-первых, полное лингвистическое соответствие Второзакония и последующих шести библейских книг т.н. «ранних пророков» (Иисуса Навина, Судей, 1–4 Царств). На это прочное единство обоснованно указывал еще в 1943 году немецкий ученый-библеист Мартин Нот, назвав их «продуманно организованным произведением». При этом автором смысловых разделов текста являлись разные люди, но итоговый продукт был делом одного человека, который являлся писателем и редактором в одном лице. В его распоряжении находились разрозненные рукописи, которые он привел в определенной последовательности с явными сокращениями и добавлениями. В целом, он описал историю от Моисея до уничтожения Иудейского царства вавилонянами. При этом в данном «семикнижии» Второзаконие стало основой всего повествования. Все характеристики, которые даны царям Израиля и Иудеи, основаны именно на Второзаконии, игнорируя предыдущие книги. Теснейшая связь всех семи произведений дали им известное уже нам название «Девтерономической истории».

Во-вторых, книги логически следуют одна за другой, имея единую уникальную терминологию и упор на союзах, особенно с Давидом, царство которого должно быть вечно. Нить повествования пронизана однообразной религиозностью, что также выделяет данный пласт Писания. Нередкие выражения типа «по сей день» (то есть что-то, существовавшее в древности, что можно наблюдать и ныне) указывают на автора — современника царя Иосии.3


3. Это единственный царь, реформы которого, кстати говоря, были непродолжительны вследствие неожиданной смерти, и, тем не менее, кому автор «Девтерономист» («Второзаконщик») посвятил несколько глав и охарактеризовал исключительно с положительной стороны, не указывая ни единого недостатка, что является нонсенсом для Писания. И он единственный в Библии персонаж, чьи конкретные действия и даже имя автор описал как предсказанные за триста лет. По сути, автор идеализирует Иосию, отождествляя его с Моисеем, используя при этом свои собственные определения из Второзакония, применённые к Моисею, например, такие как «после него не восстал подобный ему». Второзаконие также утверждает, что при затруднениях в вопросах Закона нужно обратиться к жрецам (священству) или судье, и лишь Иосия изображен тем, кто последовал этому правилу. Более того, Второзаконие предписывает во что бы то ни стало следовать словам священства и постоянно читать список законов, чего предсказуемо не совершал никто до Иосии. Упор на приоритете первосвященства над царём – красная нить всего повествования «Девтерономиста». И это вполне соответствует историческим реалиям, поскольку совсем юный царь Иосия находился под неусыпным контролем религиозной верхушки Иудеи. Иными словами, при Иосии монархия превратилась в обслугу клана жрецов культа, для которых религиозная монополия являлась единственной самоцелью и гарантией выживания. И «Девтерономист» являлся глашатаем этого клана. Можно обратить внимание и на другие нюансы касательно личности царя Иосии. Например, «Книга Закона» упоминается только во Второзаконии и в книге Иисуса Навина, а затем пропадает на 600 лет вплоть до рассказа об Иосии, будто её никогда не существовало, хотя, по словам «Девтерономиста», она должна была находиться «возле ковчега». Более того, т.н. «жреческий кодекс», то есть указания, данные со Второзакония 12 главы и далее, начинаются с требования уничтожить все альтернативные места поклонения, кроме «того места, которое выберет ваш Бог», то есть Иерусалима. Это именно то, чем так рьяно занялся молодой Иосия, следуя неожиданно открывшимся подробностям из книги, которая, как мы уже заметили, якобы обязана была находиться рядом с ковчегом, хотя предшественники «Девтерономиста» о данном факте даже не упоминали. Это далеко не все подробности, которые отождествляют автора «семикнижия» со временем правления Иосии. Но даже этого вполне достаточно, чтобы понять, кто мог стоять за данными библейскими произведениями.

Однако последние две главы «Девтерономической истории» выпадают из лексической связи. И не удивительно. Они были добавлены после уничтожения Иудеи и Иерусалима, когда трон потомков Давида перестал существовать и на смену царям пришел ставленник Вавилона Годолия, внук Шафана, того самого писца, который доложил царю Иосии о «найденной» книге. Мы еще вернемся к этому небезынтересному факту.

Редактор второго издания «Девтерономической истории» оставил предыдущий текст практически неизменным, включив в него уточнения, касающиеся его времени (точнее, реформ Иосии, окончившихся ничем). На эти уточнения указал ещё в 1973 году американский библеист Фрэнк Мур Кросс из Гарвардского университета. Сам факт редактирования был доказан несоответствиями между рукописями Мёртвого моря, и мы даже знаем имя этого редактора. Он нейтрально относился к четырем последним царям, не возвеличивая и не принижая их достоинства из-за «идолопоклоннического» восстановления высот. И он не сравнивал их с царем Давидом, как делал его предшественник, у которого имя этого царя использовано около пятисот раз. По словам Ричарда Фридмана, «молчание в отношении Давида громкое само по себе. Когда каждый царь оценивается с учетом централизации культа до Иосии, но не после него, когда Давид упоминается регулярно и, по существу, вплоть до времени Иосии, но не после этого, у нас есть доказательства настоящего перелома, связанного с этим царем. И это согласуется со всеми другими доказательствами. Свидетельство показывает, что автор-редактор жил во времена царствования Иосии. И это был человек, который симпатизировал ему». Чуть ниже вы узнаете имя этого редактора.

Что для нас важного в этой информации? Мы точно знаем, что свитки Мертвого моря содержали исключительно актуальные рукописи, имевшие широкое хождение и непререкаемый авторитет (что, в свою очередь, означает, что более древние рукописи, относящиеся ко временам до разделения царств, уже не использовались). И эти рукописи отстояли от первоисточников не на тысячелетие с лишним, а всего лишь на несколько столетий.

  Личность Девтерономиста, автора семи книг, начиная со Второзакония, установить не так уж и сложно, если принять во внимание следующие моменты. Большую часть Второзакония занимают законы, имеющие определенную и весьма неожиданную специфику. Они служат укреплению централизации, наделяют правами левитов, не выделяя потомков Аарона, ограничивают власть монарха, при этом вводя домонархическую систему несения воинской обязанности и отменяя тем самым наличие у царя регулярного войска, которое могло сделать его независимым от народа.

Сама подача текста указывает на автора, который не доволен сложившейся ситуацией, когда потомки Аарона захватили всю религиозную власть, однако видит будущее именно в централизации, поскольку однажды она уже имела место быть — в Силоме во времена Самуила. Ныне же силомские левиты были изгнаны и находились в постоянной нужде. Учитывая лексическую однородность текстов, мы можем идентифицировать автора с Иеремией, который написал и другие книги Ветхого Завета, и открыто симпатизировал царю Иосии, поскольку при нём принял духовный сан и даже сочинил после его убийства Плач (Иер. 1:2; 2 Пар. 35:25). Не удивительно, что Девтерономист во Второзаконии вспоминает об имени Аарона всего дважды, а царей Соломона и Иеровоама, при которых силомское жречество потеряло власть, наделяет самыми отвратительными характеристиками. И он единственный пророк в Библии, который упоминает Силом, причем четырежды (ср. Иер. 7:12). Более того, книга Иеремия начинается именно с того момента, как автор называет себя потомком «священников в Анафофе, в земле Вениаминовой», иными словами, потомком левитских изгнанников, куда первоначально был изгнан Соломоном руководитель силомских левитов Авиафар, и где сам Иеремия испытывал исключительно враждебное отношение со стороны ааронидов (т.е. потомков Аарона; ср. Иер. 11:21–23).

Иеремия был непосредственно связан с людьми, которые так кстати нашли «Книгу Закона», о которой раньше почему-то никто и ничего не знал — жрецом Хелкией и писцом Шафаном. Когда Иеремия написал послание изгнанникам в Вавилон, оно было доставлено сыновьями Хелкия и Шафана (Иер. 29:1–3). Другой сын Шафана спас Иеремию от убийства (Иер. 26:24). Пути пророка и родственников Хелкия и Шафана пересекались еще не раз, пока наконец вавилонским наместником Иудеи не стал Годолия (также родственник Шафана), который и взял Иеремию под свою защиту (Иер. 39:14).

Существует масса других теснейших параллелей между Иосией, Хелкией, Шафаном и Иеремией. Об этом можно говорить много, но нас интересует главное — уникальная лексическая связь всех произведений Иеремии и использование в них одинаковых оборотов речи (ср. Втор. 10:16 и Иер. 4:4, Втор. 4:20 и Иер 11:4, и т.д.). Дальнейшие исследования текстов, проведенные многими учеными-библеистами, привели к вполне логичному выводу — Иеремия был связан с силомским жречеством и использовал в своих работах израильские источники (в противовес иудейским). Например, только он и израильский автор первых четырех книг Торы (Е) используют применительно к горе Синай слово «Хорив». Они оба тяготеют к культу Моисея и пророков и принижают достоинства Аарона (ничего подобного у других авторов не наблюдается). Опять же, существует масса параллелей, однако вывод очень прост: необычность Второзакония и её отсутствие на протяжении всей библейской истории вплоть до Иосии объясняется тем, что в течение трехсотлетнего периода разделенного царства у левитов Израиля могли быть архивы или разработки в отношении правильной системы поклонения, которая, естественно, не практиковалась в Иудее под руководством находящихся у власти потомков Аарона.

Это очень напоминает ситуацию вокруг Свитков Мертвого моря. Кумранские жрецы были отстранены от религиозной власти в Иерусалиме. Но в их архивах сохранились не только общеизвестные на тот момент произведения, но и своды законов исключительно кумранской общины. Например, опубликованный для общественности в 1977 году «Храмовый свиток». И они могли быть пущены в ход, появись возможность вновь обрести властные полномочия в столице. В случае с Иеремией мы имеет абсолютно аналогичную картину. У пророка появилась возможность легализовать систему поклонения, сохраненную силомскими левитами в виде архивов, через лояльных ему людей, имеющих влияние на совсем еще юного царя Иосию. Оставалось лишь довести законодательные рукописи до логического завершения и придать им статус «священных» и обязательных к исполнению. 

Тщательное изучение формулировок, грамматики, синтаксиса, тематики и литературной структуры произведений Иеремии указывают на то, что он пользовался реальными архивными документами, соединяя их и редактируя. Лейтмотивом всех его работ является непоколебимость трона царя Давида в противовес тотальному влиянию ааронского жречества. Невидимой нитью их пронизывает идея объединения народа под единой легитимной властью в Иерусалиме.4 Оценка царей проводится согласно «силомским уставам» (Второзаконию), и их грехи умаляются исключительно по причине принадлежности к царской династии. На этот момент мы еще обратим внимание, когда будем говорить о кумранской общине.5


4. Иеремия, имея влияние на царя Иудеи, ожидал от Иосии кардинальных реформ, поэтому все его семь книг были написаны как предсказания, объяснения и способ возвеличивания этих реформ. При этом многое из того, что являлось естественной и одобренной религиозной практикой прошлого, отныне, согласно текстам Второзакония, должно было попасть под запрет. К примеру, запрещалось насаждение рощ у жертвенника Яхве, хотя в Бытие 21:33 мы видим, что «насадил Авраам при Вирсавии рощу и призвал там имя Господа» (Быт. 21:33). Запрещались мацевот, то есть каменные столпы на священных местах, хотя в Бытие 28:18 говорится, что «встал Иаков рано утром, и взял камень, который он положил себе изголовьем, и поставил его столпом [мацева] и возлил елей на верх его». Девтерономист запрещает приносить жертвы на бамот, т.е. на высотах, однако жертвоприношения на высотах, в том числе на горе Гевал, являлись древнейшей чертой системы поклонения. Подобные реформы, не имеющие параллелей с патриархальными временами, тем не менее, были поданы Иеремией как древние заветы. Молодой Иосия принялся ревностно исполнять их, уничтожая высоты и сжигая кости священников на их же алтарях.

5. Как уже отмечалось ранее, произведения Иеремии, в том числе Второзаконие, после его смерти подверглись редактуре. Именно поэтому сохранившиеся свитки Мертвого моря имеют несоответствия текстов. Можно смело предположить, что автором вставок стал один из пленников Вавилона. Цель редактуры заключалась в принижении роли завета между Богом и Давидом, поскольку его потомки всё-таки потеряли трон. К примеру, в изначальном тексте Бог является царю Соломону после окончания строительства Храма и повторяет обещания, данные ранее: «Я освятил сей храм, который ты построил, чтобы пребывать имени Моему там вовек; и будут очи Мои и сердце Мое там во все дни». В отредактированном тексте Бог обращается не только к Соломону, но и к народу, указывая, что, если они не будут придерживаться данных заповедей, он подвергнет их изгнанию и оставит Храм (3 Цар. 9:7). Кроме того, в первоначальном обещании исчезают слова «во все дни». Следуя той же логике, в текст Второзакония было добавлено еще одно, последнее «проклятие», согласно которому за непослушание евреи будут изгнаны и побегут в Египет, где будут искать себе хоть какую-то работу в качестве прислуги (Втор. 28:68). А в 4 Цар. 25:26 появляется информация об убийстве Годолии и бегстве народа в Египет. В итоге история народа Израиль приобрела вид «из Египта в Египет». Подобные вставки и редактура, продиктованные сложившейся на тот момент исторической ситуацией, принизили завет с Давидом, подняв при этом авторитет «Моисеева закона», от исполнения которого зависела жизнь и само существование трона и Храма. Несмотря на то, что кто-то может посчитать количество таких вставок не очень большим, но они явились критическими и, как пишет Фридман, «оказали огромное влияние на направление развития Библии — и форма, которую приняла Библия в итоге, также оказала огромное влияние на характер иудаизма и христианства». Удивительно, но мы может с легкостью определить нашего таинственного редактора, ведь сам Иеремия его и называет. Поскольку вставки вполне гармонируют с точки зрения стиля языка и оборотов речи, их мог сделать только Варух, которого Иеремия призвал в качестве личного писаря и который «записал в книжный свиток со слов Иеремии все слова Бога» (Иеремия 36:4). И что немаловажно, Варух вместе с Иеремией оказался в изгнании в Египте (Иеремия 43:4—7). Поэтому, говоря о редакторе, мы, по сути, говорим об одном и том же человеке, который и записывал тексты Иеремии. В этом нет сомнений ещё и потому, что между смертью Иосии, когда был создан первоначальный вариант «Девтерономической истории», и разрушением Иерусалима временной промежуток совсем небольшой — всего лишь 22 года. Учитывая всё это, мы можем с уверенностью говорить, что книги от Второзакония до 4 Царств были созданы в конце VII века до н.э., и получили дополнительную редакцию в первой половине VI века до н.э.

В вопросе хронологии Общество Сторожевой Башни предсказуемо солидаризируется с католической церковью прошлого, которая называла автором Пятикнижия Моисея, датировав его произведения 1513-1473 годами до н. э., что никак не соответствует реалиям и заставляет приверженцев верить, что данные тексты в их современном виде написаны более чем на 1000 лет раньше их фактического появления (не говоря уже об авторстве). Следующие четыре книги датированы авторами ОСБ 1450-1040 годами до н.э. И лишь 3 и 4 Царств они приписывают Иеремии, датируя их 580 до н.э. Нет сомнений, что табу на любые исследования и принятия научных фактов в отношении канона останется краеугольным камнем идеологии лидеров Сторожевой Башни, поскольку любая ревизия в этом вопросе неминуемо подорвет авторитет их власти и нарисованной ими теологической картины, основанной на выборочных текстах, вырванных их библейских произведений, об истории создания которых рядовые члены не имеют права знать.

В принципе, для любой ортодоксальной религиозной группы принятие реалий относительно канона является в лучшем случае крайне нежелательным. Свитки Мёртвого моря помогли ученым разгадать многие загадки Ветхого Завета, но чем больше их разгадано, тем яростнее сопротивление ортодоксов.6


6. Благодаря новым открытиям стали понятны многие парадоксы Ветхого Завета. К примеру, запрет на изображения и изваяния. Строители храма Соломона ничего не знали о подобных запретах, поэтому его внутреннее и внешнее убранство представляло из себя целую галерею всевозможных изображений и изваяний, которые имели место и в других системах поклонения (плоды гранатов, быки, ангелы и т.д.). Объяснить столь кучное использование того, что в Писании определенно запрещено, в том числе во второй заповеди, было невозможно. Конечно, авторы религиозных трудов находили всяческие оправдания для этого. Но лишь Свитки Мёртвого моря дали четкий ответ на вопрос, почему такое могло произойти. Поскольку известные нам сегодня рукописи были созданы, начиная со времени смерти Соломона и разделения царства, становится очевидным, что до времен Соломона тексты о подобных запретах не имели хождения или, по крайней мере, не были широко известны. Храм, который должен был служить примером «правильной» архитектуры, оказался нарушителем десятка библейских запретов. По сути, запрет на изображения и изваяния начал действовать только со времен царя Иосии, то есть в конце VII века до н.э., что вполне объяснимо — именно тогда была «неожиданно» найдена книга «Второзаконие» за авторством Иеремии.

Удивительно, но, благодаря научному подходу, о книгах, написанных до разрушения Иерусалимского храма, мы можем говорить с куда большей уверенностью, нежели о книгах, написанных ближе к нашему времени. И виной тому дефицит источников, как библейских, так и археологических. Даже несмотря на наличие довольно скупой информации из книг пророков, представляющей из себя своеобразный плач изгнанников, мы не можем объемно проследить судьбу народа на протяжении полувека после случившейся катастрофы. Как заметил Ричард Эллиотт Фридман, «исследователи до сих пор спорят об особенностях иудейской религии того периода». На тот момент понимание Бога противоречило пониманию сложившейся ситуации. В чём нет сомнений, так это в том, что религия без Храма и жизнь без царя оказали грандиозное влияние на дальнейшее развитие нации.

Перед нами картина распада. Исчезает царская династия, а вместе с ней всё, что отождествляло иудейскую религию, начиная с ковчега. Постепенно исчезает даже институт пророков. Вернувшиеся из плена евреи построили Второй Храм, но всю власть в нём захватили потомки Аарона, поставив тем самым жирную точку на противостоянии среди левитов, по сути, вернув ситуацию в состояние прежней религиозной деградации, длившейся долгих три века. И это вполне понятно, если принять во внимание, что такие влиятельные лица, как пророк Иезекииль, являлись сплошь и рядом потомками Аарона и считали других левитов второстепенным сортом (ср. Иезекииль 48:11; Садок также являлся ааронидом). Среди тех, кто повлиял на будущий расклад сил, оказался Ездра, который, как вы можете догадаться, также относился к ааронидам. Именно его руками, при поддержке Неемии, была достигнута та самая централизация, о которой мечтали Езекия и Иосия. Ездра добился полной монополии ааронидов на всю религиозную практику. А помогло ему в этом Пятикнижие, которое было провозглашено Конституцией страны.

Мы еще вернемся к личности Ездры, но сначала необходимо понять следующее. Окончательная редакция первых четырёх книг Торы (от Бытия до Чисел) принадлежит потомку Аарона. Анализ текстов не оставляет в этом никаких сомнений. При этом, помимо сводного текста JE, существовала еще одна рукопись, основанная прежде всего на т.н. «Кодексе святости», то есть утерянных текстах, касающихся нюансов практики поклонения Богу. Огромный пласт таких текстов касательно жертвоприношений и Скинии (например, практически вся книга Левит и часть Чисел) не был представлен в комбинированной версии авторов J и Е, о которых мы говорили выше. Лингвистические свидетельства указывают на документ, вставленный в итоговый текст Торы и имеющий более позднее происхождение, нежели тексты .


МОИСЕЙ И ГИТЛЕР

В журнале «Пробудитесь!» за 8 апреля 2004 года (стр. 8,9) была предпринята попытка дискредитировать научные данные об истории написания Пятикнижия. В статье говорилось, что, к примеру, теория Велльгаузена XIX века о нескольких авторах Пятикнижия «претерпевает кризис». Далее мы читаем: «Аргумент, согласно которому использование разных имен и титулов Бога свидетельствует о нескольких авторах, — особенно слаб… В одной современной книге о Второй мировой войне в отрывке всего из нескольких страниц канцлер Германии называется "фюрером", "Адольфом Гитлером" и просто "Гитлером". Станет ли кто-нибудь утверждать, что авторство данного отрывка принадлежит трем разным людям?».

Столь потрясающе глупый пример с Гитлером, вероятно, кажется авторам статьи вполне «разумным». Однако, проблема в том, что, автор J и автор E описывали одни и те же истории! И они часто не только противоречили друг другу, но, что самое главное, J использовал Тетраграмматон, а Е его полностью игнорировал, что говорит о двух разных традициях и стилях. Это крайне важно. Мы получаем разные описания одной и той же истории с четким маркером в виде Тетраграмматона. Об этом авторы статьи ОСБ даже не заикнулись.

Более того, приведенные в статье цитаты принадлежат авторам-религиозникам, которые панически боятся общественного признания данных науки. Однако на сегодняшний день такое общественное признание в нерелигиозных кругах давно существует, имея под собой четкие доказательства благодаря массиву исследований свитков Кумрана. А за 16 лет, прошедших с момента выпуска журнала «Пробудитесь!», их стало намного больше.

Проблема не в том, существовал ли Моисей или нет, — а именно этому посвящены статьи данного журнала, — а в том, что многое из описанного в Пятикнижии в том виде, как мы это читаем, никогда не происходило, поскольку, помимо несоответствия множества рукописей, авторы данных тестов имели гораздо позднее происхождение (VIII-XI вв. до н.э.), по отношению друг к другу являлись антагонистами и использованные ими архивы и народные предания не имели единого источника.

Более того, книги Второзаконие и Левит имеют крайне позднее время написания. Ни один из иудейских царей вплоть до Езекии НИКОГДА не исполняли т.н. «моисеевых законов», поскольку в практике древних евреев они не фигурируют.

Кстати, помимо всего прочего, в статье в русском переводе встречаются и дополнительные «ляпы». Например, автора J почему-то назвали «Я», хотя буква J имеет отношение к слову «иудей». Это говорит о некомпетентности не только авторов статьи, но и переводчиков, даже не удосужившихся поднять данную тематику.


На основании сравнительного анализа Свитков Мёртвого моря, мы может утверждать, что этот автор (которого обычно именуют буквой Р), помимо чисто жреческих законов, добавил в свой текст истории, отсутствующие в первоначальном комбинированном варианте JE. Например, история о бунте Корея и его гибели, в которой Аарон выглядит победителем. Вообще все истории, рассказанные этим поздним автором Р, имеют одну характерную черту — они всячески подчеркивают легитимность власти Аарона и его потомков, принижая роль остальных левитов. Более того, он избегает упоминаний о каких-либо чудесах, связанных с Моисеем, не упоминает ни одного ангела или пророка, при этом называя пророком исключительно Аарона, и даже жезл Моисея назван им «жезлом Аарона». Но самое интересное, что все истории, дискредитирующие Моисея (например, история о воде из скалы, которая в Исходе, то есть в первоначальной версии рукописи, имеет положительный окрас, в Числах приобретает ярко отрицательный), — являются продуктом именно этого автора Р.

В таком подходе явно прослеживается то противоборство в среде левитов, которое имело место в период разделенного царства. Также можно утверждать, что данный автор имел отношение ко временам царя Езекии, который первым поднял вопрос централизации системы поклонения и инициировал разделение колена Левия на жрецов (ааронидов) и второстепенных по функциям левитов. Даже не анализируя Рукописи Мёртвого моря, студенты современных университетов, изучающие данную тематику, сходу могут определить эти поздние вставки из текста Р благодаря отличительному и специфическому языку, в котором наличествуют слова и определения, не использованные другими авторами и имевшие более позднее происхождение.

Но какова была цель автора «Жреческого кодекса» Р и как его работа могла оказаться настолько востребованной (если вы читали книгу Левит, то вряд ли сочли её литературным шедевром)? Чтобы ответить на этот вопрос, нам стоит обратить внимание не на автора Р, а на того, кто благословил его труд, по сути, выступив заказчиком. Это мог быть только царь Езекия, первый, кто попытался установить в стране тоталитарный монотеизм. Собственно, «Жреческий кодекс», если его вырезать из Торы в качестве отдельного кейса, представляет из себя программный документ, в соответствии с которым и осуществлялись реформы Езекии.

Но кто скомпоновал всё это? Кто соединил тексты, имевшие хождение с IX века до н.э. (те самые JE) с текстом левита Р более позднего времени (не ранее конца VIII века до н.э.), который был в наличии у потомков Аарона? На самом деле, этого человека мы уже знаем.

Можно приводить массу доводов логического характера, но достаточно даже одного. На самом деле таких доказательств множество. 

Возьмём, к примеру, книгу Левит, глава 23 (автора Р). В ней говорится о праздниках Израиля. Список логически заканчивается стихом 37. Однако затем происходит неожиданное продолжение списка (стих 39), где появляется еще один закон о праздновании праздника Кущей. В тексте говорится, что он должен напоминать людям о том, что их предки жили во временных строениях в пустыне после того, как вышли из Египта. Но проблема в том, что у израильтян такого праздника никогда не существовало!

Если вспомнить историю Второго храма, то, согласно соратнику Ездры, Неемии, мы узнаем, что Ездра самолично принёс некий вариант Торы и собрал народ для её чтения, откуда, собственно, и преподнес информацию о празднике Кущей. Жители Иерусалима послушались слов Ездры и устроили недельный пикник на природе. При этом Неемия пишет, что «сыны Израилевы не делали этого со времен Иисуса сына Навина до сего дня» (Неем. 8:17). Как получилось, что праздник, имеющий столь важное значение (он был преподнесен Ездрой как один из трёх самых главных праздников), игнорировался на протяжении всей истории страны? Потому что его никогда не существовало!7 И потому что окончательный редактор Торы добавил его в текст, причем сделал это не самым удачным способом, поскольку поместил не в ряду списка праздников, а после слов, завершающих этот список, и данная вставка более чем очевидна.8


7. Стоит принять во внимание тот факт, что поселенцы Иерусалима являлись потомками вавилонских пленников. Между разрушением Иерусалима и появлением Ездры их отделяло 130 лет, то есть несколько поколений изгнанников. И вряд ли хоть кто-то из них мог знать о нюансах поклонения их предков, и это хорошо видно из текстов Ездры и Неемии. Иудейский язык — и тот был многими забыт (ср. Неемия 13:23—25). Ездра, как официальный представитель священства, мог выдать любую версию былой истории, и она была бы принята обществом. Также существует вполне обоснованная версия, что вавилонские пленники, особенно в период персидского правления, будучи на чужбине, практиковали совместные встречи, идея которых пришлась Ездре по душе, и праздник был инициирован на дни, в которые ранее приносили жертвоприношения (одно из таких совместных мероприятий описано в Эсфирь 9:18,19). Интересно, что в энциклопедии Свидетелей Иеговы «Понимание Писания» в разделе «Праздник шалашей» нет даже намека на то, что такой праздник никогда не справлялся, хотя в Неемии 8:17 об этом говорится открыто. В статьях, где объясняется этот текст Библии, читателя убеждают, что со дней Иисуса Навина не было именно «такого», — то есть особо радостного — празднования (ср. «Сторожевая Башня» за 15 октября 2013 года, стр. 22). Однако Неемия говорит совсем о другом: «сыны Израилевны не делали этого», то есть не праздновали вообще, и это согласуется с известной нам библейской историей.

8. Тексты Торы составлены таким образом, что в определённом смысле представляют из себя «лоскутное одеяло». Попросту брались нарезанные части исходных рукописей и склеивались воедино. Именно этим можно объяснить вставку в Левите 23:39, которая дана после логически завершенного текста первоисточника.

Кого мы видим с вариантом Торы в руках, причем вариантом, содержащим явную новизну? Ездру, который являлся на тот момент жрецом по линии Аарона. В отсутствие монархического правления в том виде, как это было в прежние времена до вавилонского пленения, жречество становилось доминирующей силой. Авторитет Ездры был напрямую связан именно с Торой, которую он принёс евреям в качестве «слова Яхве». Никто из поселенцев с ней не был знаком, зато Ездра имел доступ к рукописям. Не случайно в Библии писарь Ездра позиционирован как своеобразное воплощение Моисея в качестве законодателя. Параллель тем более верна, если вспомнить, что Ездра первый, кто совершил публичное чтение Торы.

Но это далеко не всё. Раннехристианская традиция приписывает авторство конечного варианта Торы именно Ездре! Согласно Четвертой книге Ездры, созданной в самом конце I века христианами из иудеев, первоначальный свиток Торы (и других книг) сгорел в огне во время разрушения Храма в 587 году до н.э., но Ездра сумел восстановить его благодаря полученному откровению. В ней Ездра говорит Богу: «Мир лежит во тьме, и его жители без света, потому что закон твой сожжен, и никто не знает вещи, которые были либо будут соделаны тобой. Ибо, если я нашел милость пред тобою, всели в меня святого духа, и я напишу все, что произошло в мире с самого начала, все вещи, которые были написаны в твоем Законе».

Иными словами, на ранней поре христианства ни для кого не было секретом, кто являлся автором конечного текста Торы. Даже в IV веке н.э. это не оказалось секретом, поскольку Иероним писал: «Моисея ли захочешь назвать автором Пятикнижия или Ездру, восстановителя этого произведения?»

Но почему Ездра соединил тексты, заведомо противоречивые? Почему он взял вариант JE и прибавил к нему вариант Р, относящийся ко временам царя Езекии, где истории прошлого поданы в совершенно иной интерпретации? Вероятно, причина тому та же, что и у объединения рукописей J и E. Тексты Торы за авторством J и E были широко известны и общеприняты, и цитировались в последующих произведениях Иеремии, начиная со Второзакония. А текст автора Р существовал со времен Езекии и являл собой фундамент былой национальной реформы, при которой власть потомков Аарона (включая Ездру) стала бы всеобъемлющей. Ездре нужно было собрать всё воедино, внеся «актуальные» поправки, которые, благодаря Рукописям Мёртвого моря, для нас сегодня не представляют загадки. Некоторые рукописи содержат вариант текстов, соединенных иначе, нежели это сделал Ездра, хотя он проделал действительно огромную работу, добившись относительно непрерывного повествования на протяжении всех книг Пятикнижия, и в целом первых 11 книг Библии. 


9. Разница в текстах свитков Мертвого моря, а также лингвистический анализ, дают возможность проследить методы работы Ездры по объединению находящихся в его распоряжении рукописей (сегодня учёные могут выделить каждый использованный источник в отдельный текст, что представляет из себя потрясающий предмет для исследования). Ездра подверг ревизии всю Тору. Например, это касается 16 главы Второзакония, где говорится о праздниках Израиля. Среди них предсказуемо появляется праздник Кущей, о котором до этого никто не знал (этот праздник нёс идею централизованного объединения вокруг жречества всех жителей, которые на тот момент были разрознены, в том числе территориально, — город Иерусалим был практически пуст; ср. Неемия 7:4). Подобных вставок на полях или между использованными Ездрой фрагментами рукописей сотни. Некоторые повторяющиеся тексты JE и Р, изначально противоречащие друг другу, были объединены и сокращены. Например, согласно рукописи Е, во время сорокалетнего странствия по пустыне евреи начали блудодействовать с дочерьми Моава (Числа 25:1-3). Путем истребления дело спас Моисей, что вполне предсказуемо для текстов автора Е. Но «Жреческий Кодекс» Р рассказывает совсем другую историю. Благодаря Ездре, сейчас обе истории смешаны друг с другом в одной и той же 25-й главе Книги Чисел, но их нетрудно разделить. Согласно версии Р, Израиль блудодействовал не с моавитянками, а с мадианитянками. И проблему решил вовсе не Моисей, который вообще не участвовал в событиях, а Финеес, внук Аарона. Затем автор Р дарует ему от лица Бога «завет вечного священства», а Моисей, потомки которого при Езекии были отстранены от службы и изгнаны в царство Израиль, унижен тем, что автор указывает другую национальность женщины, совершающей блудодеяние. Как известно, жена Моисея тоже была мадианитянкой (Исх. 2:15,21). Подобные схожие истории, рассказанные разными авторами, в разное время и с разным идеологическим подтекстом, были объединены Ездрой методом копипаста. Можно критиковать подход Ездры, но его желание через авторитет «слова Яхве» вдохнуть в религиозную жизнь свежую струю вполне понятно. Однако, вместе с этим «вдохом», иудаизм получил и новый вектор движения, — вектор, который приведет к новому кризису и станет катализатором возникновения христианской идеологии.

Понимание истории создания Библии в её современном виде крайне важно для дальнейшего повествования. Пока же нас интересует только то, что первые 11 книг Библии были окончательно оформлены в знакомом нам виде только в V веке до н.э., что совсем близко по времени к возникновению кумранской общины. Ниже приведена сводная таблица для более наглядного понимания (указаны века до н.э.):

ОТ ЕЗДРЫ ДО КУМРАНА

Если Иеремия стремился возвеличить линию Давида, то завершающий редактор Торы в лице Ездры имел совершенно другие намерения. Он не просто добился централизации иудаизма вокруг Храма, но и создал коллективную теократию, ядром которой стала правящая религиозная элита, состоящая из ближайших родственников Ездры — не просто потомков Аарона, но самого Садока, того самого, кто помазал на Царство царя Соломона.

Уже через полтора столетия «садокова элита» превратится в настоящую государственную аристократию, которую впоследствии именуют «саддукеями» — словом, хорошо нам знакомым из Нового Завета. Расцвет саддукеев будет иметь негативные последствия в виде роста оппозиционных настроений и, как следствие, возникновения течений фарисеев и ессеев, а также потери влияния на автохтонное население Израиля из евреев, которых уничижили до прозвища «самаритяне».10


10. Прозвище «самаритянин», хотя и звучало как житель Самарии, но имело иной смысл, поскольку так назывался любой еврей, независимо от места жительства, кто не принимал и не поддерживал теократический режим саддукеев.

Ездра сделал многое, чтобы столь мощная монополия на власть смогла стать реальностью. Как мы уже заметили ранее, прежде всего принижалась роль династии царя Давида, трон которого, как ожидалось, должен быть вечен.

Первым шагом в этом отношении стала полная дискредитация первосвященника Елиашива и его родственника — помощника Товия. В принесенной Ездрой Торе было «найдено написанное: Аммонитянин и Моавитянин не может войти в общество Божие во веки» (Неемия 13:1). Об этом Ездра сообщил публично перед всем иерусалимским народом и два представителя местного священства тут же вылетели со своих должностей. По «случайному» совпадению Товия являлся Аммонитянином. Неемия описывает его в самых жутких красках — как сплетника, заговорщика и организатора покушения на него (которого так почему-то и не произошло). В итоге Неемия нашел всё-таки реальное, а не выдуманное, преступление Елиашива и Товии, заключающееся в том, что первосвященник Елиашив выделил Товии комнату-столовую при храме, которая до этого использовалась в качестве складского помещения (Неемия 13:4—9). В итоге Неемия лично вышвырнул на улицу все личные вещи Товии.

Сама по себе эта история выглядит анекдотично, если, конечно, не принимать во внимание истинный контекст — необходимость избавиться от тех, кто стоял на пути к власти. В дело пошли как откровенно надуманные предлоги, так и «неожиданно» найденный нужный текст Торы. Но мы бы не вспомнили об этой истории, если бы не одно «но»…

Заметьте, что прочитанный публично текст касался не только аммонитян, но и моавитян. Кто самый известный потомок моавитян? Конечно же, царь Давид (Руфь 4:22). Таким образом, дискредитации подверглись не только ныне действующий религиозный деятель в ранге первосвященника, но весь дом Давидов — род нечистокровных иудеев. Они не только не имели права править народом, но даже просто являться его частью.

Захват власти, инициированный жрецом Ездрой и наместником Неемией, стал началом создания государственной системы, при которой человек не мог добиться хоть какой-либо значимой должности, не имея «правильной» родословной. Все социальные лифты были полностью парализованы. Лишь к I веку до н.э. монополия саддукеев стала сходить на нет. Иудейский историк I века Иосиф Флавий, о котором мы еще не раз вспомним, описывал саддукеев самыми презрительными эпитетами, как знать, которая далека от простого народа и о ком «даже не стоит говорить».

 Не удивительно, что ко II веку до н.э. в обществе чётко обозначилась волна недовольства и противления. Тому, кто открыто выступал против их власти, саддукеи навешивали позорный ярлык «перушим», то есть раскольник, отступник. Мы тоже знаем этих людей, но как фарисеев, то есть «отделившихся».

Слово «фарисей» у христиан ассоциируется с понятием «лицемер». Но вначале всё было не так. Фарисеи — это, по сути, национал-теократическая партия, пришедшая к власти вместе с Иудой Маккавеем. Победа милленаристского восстания с её доктриной бессмертия мучеников создала совершенно новый ландшафт религиозной идеологии восстановленного Иудейского царства. Фарисеи нанесли смертельный удар по монополии саддукеев, запятнавших себя сотрудничеством с оккупантами и моральным разложением. Саддукеи потеряли даже пост Первосвященника, который был занят новыми лидерами нации — потомками Маттафии из династии Хасмонеев.11


11. Иуда Маккавей из династии Хасмонеев (погиб в 160 году до н.э.) возглавил восстание против политического, культурного и языкового влияния сирийских греков (Селевкидов) в 166 году до н. э. Эллинизация, то есть повсеместное внедрение в быт евреев греческих принципов жизнеустройства, что имело огромную популярность, особенно в среде высших слоев общества и молодежи, рассматривалась лидерами восстания как явление, грозящее национальной самобытности. Даже спортивные гимназии, — слово, которое с греческого языка переводится как «обнажаться», — являли собой предмет раздражения и ненависти. В результате восстания было создано независимое иудейское государство с центром в Иерусалиме. Династия Хасмонеев правила Иудеей (сначала под контролем Сирии, затем независимо) почти 120 лет (с 152 по 37 до н. э.), расширив при этом государственные границы. Однако конец правящей династии оказался бесславным и закончился тем, что все представители дома Маккавеев были истреблены Иродом Великим.

Если саддукеи являли собой «наследственную теократию» (точнее, аристократию), то фарисеем мог стать любой, кто изучил закон. Причём под законом фарисеи подразумевали, в том числе, сложившиеся национальные традиции, а не только догмы, придуманные Ездрой. История знает примеры того, как самые обычные люди достигали высот религиозной иерархии в партийной системе фарисеев. Социальные лифты заработали и это имело положительный эффект с точки зрения общественного развития и единения нации. Однако воинственность фарисеев стала притчей во языцех. Именно им принадлежит то, что в современном мире известно как «тактика шахидов», то есть мученичество за веру ради будущей вечной жизни. Интересно, что корень слова «шахид» («шахдо») буквально переводится как «свидетель».12


12. Понятие «свидетель» подразумевало мученичество. В ортодоксальной среде фарисеев считалось, что быть шахидом (свидетелем) — высшее предназначение человека, готового на мученичество ради веры и будущих благ. В Новом Завете греческое «µάρτυς» (свидетель) — также производное от сирийского арамейского «шахдо». Идеология фарисеев и ессеев, при всех её внешних отличиях, базировалась на принципе «херем» — одном из ключевых понятий Ветхого Завета. Херем — это, говоря современным языком, джихад, то есть священная война, в ходе которой истребляется все население данной земли, а его имущество уничтожается или передается священникам Яхве. Более того, согласно книге Судей, процветание того или иного колена Израилева напрямую зависело от тщательного исполнения херема. Взгляд на джихад как на законное и святое средство борьбы, основан на таких стихах, как, например, Второзаконие 7:2: «Предай их херему [уничтожению], не вступай с ними в союз и не щади их».

Итак, эпоха Хасмонеев под флагами самоопределения обрушила сложившуюся религиозную бюрократию саддукеев. Однако она не привела к восстановлению законного трона для потомков Давида, поскольку власть перешла к династии, имевшей отношение к коэнам (священнослужителям). Власть фарисеев также не разрешила сложившуюся дилемму — они мечтали о Мессии, но нигде при Хасмонеях мы не находим упоминания, что этот Мессия должен происходить из дома Давидова. Даже в книге Маккавеев, которую считают апокрифической, говорится о том, что «восстанет Пророк верный» (1 Мак. 14:41–42), вторя книге пророка Даниила, где о Мессии говорится, как о «Сыне Человеческом», не ассоциируя его с коленом Давида.


ИМЯ КИРА

В журналах и книгах ОСБ довольно часто приводится такой пример библейских пророчеств:

«Приблизительно в 732 году до н.э. пророк Исаия записал грозное пророчество о падении Вавилона, указав конкретные детали. Он сказал, что его завоевателя будут звать Кир, что воды реки Евфрат, защищавшие город, высохнут и что городские ворота не будут закрыты (Исаия 44:27—45:3). Через 200 лет, 5 октября 539 года до н.э., пророчество исполнилось во всех подробностях» («Пробудитесь!» за ноябрь 2007 года, стр. 9).

Мысль о том, что Исаия смог за два столетия назвать имя исполнителя пророчеств, авторы ОСБ подчеркивают особо. Например, в брошюре «Книга для всех» (стр. 28) говорится: «Исаия назвал даже имя завоевателя».

В книге «Внимайте пророчеству Даниила» (стр. 150), иллюстрация из которой приведена на этой странице, также утверждается, что «за двести лет… в Священном Писании о Кире говорится как о "помазаннике" Иеговы».

На самом деле, все известные нам сегодня книги Ветхого Завета прошли через редакцию и цензуру Ездры. В 539 году до н.э. Кир завоевал Вавилон и предоставил евреям возможность вернуться на родину. Однако восстановление Иерусалима шло с переменным успехом. И лишь в 468 году до н. э. наметился прогресс, когда туда направился Ездра при государственной поддержке, как с точки зрения политической — персидский царь даровал ему самые высокие полномочия, — так и с финансовой. Он получил полную провизию, освобождение всех его соратников, занимающих должности священства, от налогов, и прочие преференции. Но для того, чтобы власть среди евреев оказалась по-настоящему легитимной, не хватало поддержки Бога.

В Ездра 7:6 мы читаем: «Ездра вышел из Вавилона. Он был искусным переписчиком закона Моисея». Сами же авторы ОСБ утверждают, что «когда началось составление каталога Еврейских Писаний, большую часть работы… проделал Ездра» («Всё Писание», стр. 95). Однако, не делают из этого никаких выводов.

В брошюре «Мир без войны» (стр. 9) они пишут: «Рукописи Мертвого моря… обнаруживают точность передачи библейского текста на протяжении веков. Они подтверждают также, что пророчества были написаны до их исполнения».

На самом деле, всё, опубликованное в ОСБ об истории написания Ветхого Завета, является ЛОЖЬЮ от начала и до конца. И два процитированных выше тезиса тоже. Рукописи Мертвого моря доказали, что мы имеем дело с явно отредактированными и собранными из разных источников текстами. Следовательно, на основании их «подтвердить», что «пророчества были написаны до их исполнения» невозможно, потому всё обстоит с точностью до наоборот. «Переписчик» Ездра капитально прошелся по всем текстам рукописей. К тому же, благодаря исследованию свитков Кумрана, доказано, что треть книги Исаии принадлежит перу другого автора (Ездра это или нет, нам неизвестно). В тексты были добавлены «пророчества», в том числе, о великом Кире, даровавшем нежданную свободу евреям. Но «помазанником» стал не только Кир, но и сам Ездра, получив полноту политической власти, захватив в стране все рычаги управления и своей политикой кумовства окунув её в период безвременья. Безусловно, без политико-финансовой поддержки Персии этого бы не произошло, и Ездра не смог бы иметь такой авторитет среди еврейских поселенцев. Ездра сделал критическую редакцию рукописей в V веке до н.э. Никаких более ранних текстов не существует, а это значит, что данное пророчество, которое так часто используют в своей литературе Свидетели, было высказано не за 200 лет ДО ТОГО, а спустя многие десятилетия ПОСЛЕ описанных событий!


В 60–30 годах до н.э., в период заката Хасмонеев, появляются «Псалмы Соломона» — 18 гимнов, найденных среди Свитков Мёртвого моря и имевших особую популярность у ранних христиан. В них как раз и говорится о гибели последних представителей правящей иудейской династии. Авторы псалмов говорят об изгнании из Иерусалима и «опустошении домов». Очевидно, что речь идёт о наступлении римлян, а авторами являются ессеи — те самые, к которым отнесла жителей Кумрана «Сторожевая Башня».

В годы создания 18 псалмов Соломона, ессеи представляли из себя обособленные колонии, имевшие собственные социальные и теологические установки. Такая обособленность объяснялась их разочарованием в политике, проводимой правящей династией в борьбе за независимость. В отличие от идеологии Хасмонеев, Святой войне с неверными они придавали мистический характер. Они видели себя сражающимися вместе с ангелами, а свое будущее в вознесении после смерти к престолу Господа.13


13. Одним из самых почитаемых текстов для ессеев являлась Книга Даниила. Дело в том, что в ней появляется ангел, что не имело прецедента в классическом иудаизме. К примеру, автор текста «Жреческого кодекса» Р (книга Левит, Числа и т.д.) в своём объемном и детальном описании вообще не упоминает ангелов. В жизнеописаниях Давида и Соломона, и уж тем более в книгах Ездры и Неемии, ангелы отсутствуют. С точки зрения саддукеев (а Ездра, как мы помним, являлся не только последним редактором Торы, но и тем, кто вложил в неё рукописи Р) ангелы подрывали идею единобожия и были де-факто запрещены. Ессеи, наоборот, возлагали на ангелов особую миссию, поэтому Книга Даниила получила среди них широкое признание.

Иудейский историк Иосиф Флавий в молодости имел трехгодичную стажировку в поселении ессеев, поэтому его отношение к этой секте было весьма положительным. В отличие от него, христианский епископ Ипполит Римский, живший в конце II века, описывал ессеев так:

«Приверженцы этой партии, ежели услышат кого-то рассуждающим о Законе и Боге, и если этот кто-то будет не обрезан, начнут следить за ним, и, наконец, застигши его одного в каком-либо месте, пригрозят ему убийством, если не совершит обрезания. И если этот последний не согласится, ессей не щадит, а сразу режет. От этого-то они и получили свои названия, будучи прозваны одними зилотами, а другими – сикариями».

Этимология слова «ессеи» довольно туманна. Однако существуют письменные свидетельства того, что данное слово явилось производным от «иессеев», то есть приверженцев дома Давидова, отцом которого был Иессей. Более того, один из ранних Отцов Церкви, Епифаний (вторая половина IV века до н.э.), утверждал, что «те, кто уверовал в Христа, назывались Иессеями перед тем, как они стали называться христианами».14


14. Епифаний был прав, утверждая, что поначалу христиане называли себя иначе. С точки зрения ранних последователей Иисуса, они исповедовали не христианство, а правильный иудаизм, правильную веру в иудейского Бога, считая себя «Новым Израилем». В журнале «Сторожевая Башня» за 1 июня 2000 года (стр. 7) говорится: «Приблизительно после 44 года н. э. в сирийской Антиохии ученики Иисуса "стали называться Христианами" (Деяния 11:26). В скором времени это название стало широко использоваться, даже государственными чиновниками». Однако всё обстояло с точностью до наоборот. Согласно письменным свидетельствам, именно государственные чиновники применяли к последователям Христа юридический термин «христиане». Причём именно в качестве пренебрежительного ярлыка (это то же самое, как если бы назвать Свидетелей Иеговы иеговистами — термин, некогда получивший официальное признание в советской прессе). И только во II веке данное понятие стало входить в обиход самих последователей Христа.

То есть идеология ессеев, которые ожидали восстановления трона Давидова, продолжила своё существование в идеологии раннего христианства. Именно по этой причине кумранских отшельников часто путают с ессеями, а свитки Мёртвого моря считают их коллекцией. Однако те, кто знаком с содержанием этих Свитков, абсолютно уверены, что это не так. То, что мы видим в них, никак не вяжется с нашими знаниями об ессеях. Да, они вели закрытый и аскетичный образ жизни, они были зациклены на ритуальной чистоте, их мировоззрение вполне соответствовало понятию «милленарии». Но рукописи Кумрана открыли перед нами совершенно иной масштаб явления. Более того, слова и действия Иисуса Христа во многом вторят тому, что мы находим в этих текстах. Так кто они, кумранские отшельники?

Ответ на этот вопрос мы можем найти лишь у того, кто был современником той эпохи. Историк Иосиф Флавий, сам некогда вошедший в тесный контакт с ессеями, в своих «Иудейских древностях» упомянул о «четвёртой секте», которая, в отличие от саддукеев, фарисеев и ессеев, появилась только что. Она была основана Иудою и Цадоком (что значит Праведник). С точки зрения Иосифа Флавия, этого вполне достаточно, чтобы объявить «четвертую секту» вне закона по причине её молодости. И самое главное, «четвертая секта», о которой во времена автора население было уже широко наслышано, не имела ничего общего с ессеями. Последним Флавий приписывает самые лучшие мотивы. Однако Свитки Мертвого моря, среди которых множество текстов местной общины, рисуют перед нами совершенно иную картину. Мы видим религиозную группу, имевшую большое влияние и выверенную мессианскую идеологию, но не подпадающую ни под одно известное нам течение в иудаизме. Это и есть «четвертая секта», о которой Флавий не мог не упомянуть в силу её значимости для религиозной жизни страны. Да и сами рукописи Кумрана, даже если их не читать, с точки зрения своего невероятного количества, указывают на общину, отличающуюся высочайшей организацией.15


15. Существует версия, что община Кумрана — это отделившаяся от ессеев секта, что вполне возможно. Однако в 37 году до н.э. поселения Кумрана были дотла сожжены Иродом, а ко временам правления Пилата полностью восстановились и достигли небывалого расцвета, о чем говорят археологические раскопки, в то время как влияние ессеев сошло на нет. Свитки Мертвого моря наглядно доказывают самобытность местной общины и отсутствие всякой связи с ессеями. В «Википедии» говорится, что кумранская община — это ессеи, приводя тем самым утверждение, раскритикованное многими современными учеными, начиная с Фридмана и заканчивая представителями научной группы, работавшей в рамках программы Израильского управления древностями. В «Википедии» даже сказано, что один из кумранских Свитков, возможно, не что иное как Евангелие от Марка — довод, который десятилетия назад был полностью опровергнут всеми учеными, имеющими дело с рукописями (причем в другой статье при упоминании этого же Свитка идет опровержение его связи с Новым Заветом, что говорит о полной несогласованности правщиков). Зная принцип составления статей в «Википедии», а также принимая во внимание самые разные мотивы авторов, не стоит удивляться информации, которая либо устарела, либо противоречива, либо вообще не соответствует действительности.

Первый кумранский текст, с поспешностью опубликованный еще в 1954 году, называется «Свиток войны Сынов Света против Сынов Тьмы» (40-30 года до н.э.). По сути, это самый настоящий апокалипсис. В ней Мессия приходит с войском ангелов на облаках, в свою очередь ангелы уничтожают неверных, праведники на очищенной земле занимаются мародерством и в итоге наступает счастливый миг воскрешения (в принципе, банальная история, которую описывают Свидетели Иеговы в своих еженедельных речах). Так наступает Царство Бога, — выражение, которое имело активное хождение в Кумране, задолго до христианства.16 Среди тех, кто не сможет участвовать в Последней битве, значатся «хромой, или слепой, или калека, или пораженный пороком плоти, или нечистый телом», а также «испытавший ночное истечение семени, ибо святые ангелы будут вместе с войском».


16. Часто можно услышать, что Иисус первый, кто стал проповедовать о «Царстве Бога», поскольку данное выражение не встречается в Ветхом Завете. Однако в Таргумах I века, то есть арамейских текстах, которые использовались в богослужении евреев на территории Палестины и в Месопотамии в последние века до н.э., очень часто фигурировало выражение «Царство Бога». Данные тексты представляли собой перевод Торы с древнееврейского, имевшем серьезные и даже критические разночтения с источником. Иными словами, это теологически подкованный перевод. К примеру, «Господь будет Царем над всею землею» из Захария 14:9 звучало как «Царство Божие будет явлено обитателям всей земли». И такая замена шла касательно сотен текстов. Во всех случаях Царство Бога несло возвеличивание праведникам и уничтожение врагам. Таким образом, подобный способ интерпретации Писания, практиковавшийся среди негрекоговорящих евреев (те использовали Септуагинту), был перенесен в кумранскую теологию I века до н.э. Поэтому нет сомнений, что слова Христа о «Царстве Бога» воспринимались его слушателями вполне адекватно в силу их широкого распространения.

Как сказано в тексте, после описанного геноцида «земля произведет для вас плоды радости… и не будет в земле ни выкидыша, ни болезни».

Нет сомнений, что данное произведение было напрямую связано с борьбой евреев за независимость. Вероятно, свою роль сыграл разгром иудеев в 37 году до н.э. и последующее продолжительное царствование Ирода. Но, как бы то ни было, в нем совершенно четко и с особой силой прослеживаются идеи мессианства и воскрешения — идеи, которые впоследствии найдут свое отражение в христианстве. И на этом фоне написанная в середине I века книга «Откровение» оказывается не самым удачным плагиатом кумранской рукописи под названием «Свиток войны Сынов Света против Сынов Тьмы».

Причем, касательно идеи воскрешения, речь идёт не только о земном, но и небесном, что является нонсенсом для всей иудейской теологии. Об этом говорится в «Книге Стражей» — ещё одном важнейшем кумранском документе (некоторые относят его создание ко II в. до н.э., но, вероятно, он был создан примерно в тот же период, что и «Свиток войны»). Эта книга, как и четыре других произведения, написана от лица праведника Еноха, который был взят на небо и получил бессмертие. Также в книге описано появление в мире зла, а именно по причине грехопадения ангелов, которые совокупились с дочерями человеческими. Енох даже называет имена этих ангелов. Таким образом еще два учения, известные нам из христианства, неожиданно предстают перед нами в «Книге Стражей».17


17. В иудаизме никогда не делался упор на личностях сатаны (Велиала) и его ангелов. Более того, во времена саддукеев личность какого-либо противника Бога вообще отрицалась. Тексты, редактированные Ездрой, не содержат даже намека на существование некоего небесного противника Яхве. По сути, «Книга Стражей» — это первое произведение, где об истоках зла говорится прямо и без аллегорий, и именно такое понимание впоследствии будут доносить последователи Христа.

В книгах Еноха Мессия представлен в качестве вполне осязаемого представителя Бога, — Бога, которого Писание часто изображает как трансцендентного по своей природе, — а праведники (цадиким) названы сынами Цадока, то есть, по сути, основателя данной общины. Соответственно, грешниками являлись все, кто общине не принадлежит. «Для избранных настанет свет», «а для вас, нечестивые, наступит проклятие» (1 Енох. 1:20). После этого явится «новое небо и новая земля» — выражение, хорошо известное Свидетелям Иеговы, но совсем из другого источника. Вообще, книги «кумранского» Еноха своим лексиконом очень напоминают речи старейшин Общества Сторожевой Башни.

Одно из произведений Еноха носит необычное название — «Астрономический Енох». Интрига данного произведения состоит в том, что впервые в отношении событий используется не лунный календарь, принятый в Израиле в качестве фундаментального, а солярный — тот, самый, который позднее будет принят христианами. Если бы еврей в положенное время не исполнил требуемые предписания Закона, его бы тут же заклеймили грешником. Но календарь Кумрана был полностью оторван от лунных циклов, причем объяснялось это тем, что «седьмой от Адама бессмертный Енох» получил откровение Архангела Уриила, и «он записал всё… небо и пути его воинства и месяцы… чтобы праведные не отклонялись с пути».

Не удивительно, что произведения Еноха были так популярны среди ранних христиан. Его послания цитировались во многих произведениях той эпохи, к примеру, в «Послании Варнавы», в работах Афинагора, Климента Александрийского, Иринея Лионского и Тертуллиана.

В лице библейского Еноха мы находим явные параллели с тем самым Цадоком (Праведником), которого Иосиф Флавий называет основателем «четвертой секты». Как пишет исследователь истории тех далеких времен Юлия Латынина, «это Учитель Праведности, который утверждал, что он — не кто иной, как вернувшийся на землю перед концом дней Енох. Именно этим объясняется тот факт, что в Кумране, в общине, которая считала своим основателем пророка по имени Цадок, не нашлось ни одного текста, написанного от лица Цадока, и нашлось целых пять — целое Пятикнижие! — текстов, написанных от лица Еноха».

Но кумранские тексты не просто возвещают будущего Мессию. Они называют его «потомком Давида» и описывают как конкретного человека, имеющего даже «родимые пятна на бедре». Один из текстов говорит: «Сыном Бога он будет называться, и Сыном Всевышнего назовут его». Для Мессии, в понимании общины Кумрана, на небе подготовлен второй престол, что противоречило всем существующим традициям монотеистического иудаизма и возвращало теологию ко временам царей по линии Давида.

В глазах Мессии представители общины Кумрана выглядели не только как «праведники», но, что особенно интересно, как эбионим, то есть «нищие, которых ты искупил». В свитке Войны (XIV:7) и в других текстах кумраниты прямо названы «нищими духом» — нестандартным выражением, которое впоследствии будет использовано Иисусом Христом в Нагорной проповеди (Матфея 5:3).18

На самом деле количество параллелей между «четвертой сектой» и Иисусом Христом так много, что, как уже было сказано, при исследовании рукописей Мёртвого моря ученые были буквально ошарашены данным фактом.

Приведем другие наиболее интересные параллели. 


18. В «Переводе нового мира», изданного Свидетелями Иеговы, выражение «нищие духом» заменено на «осознающие свои духовные потребности». Такую странную замену авторы объясняют так: «На многих языках из-за буквального перевода его смысл не совсем понятен. Иногда слишком дословный перевод даже может создать впечатление, что речь идет о психически неуравновешенных или слабых, безвольных людях. Но в данном случае Иисус учил тому, что счастье человека зависит не от удовлетворения его физических потребностей, а от осознания того, что он нуждается в Божьем руководстве» («Сторожевая Башня» за 1 мая 2008 года, стр. 19). и 6:20). На самом деле, «в данном случае Иисус учил» другому. Уж точно ни у кого из читателей Матфея 5:3 не могло создаться впечатления, что Иисус говорил о психически неуравновешенных или безвольных людях. Удивительно, как такое вообще могло прийти на ум авторам ОСБ. Выражение «нищие духом» в кумранских текстах несет смысл того, что Бог, который, соответственно, «богат духом», избрал людей незначительных. Иисус использовал это выражение в том же контексте. Однако перевод авторов ОСБ не только совершенно иной по смыслу, но вообще не соответствует никаким правилам. Следует также заметить, что в параллельном тексте Луки 6:20 в Нагорной проповеди Иисус не использует выражение «нищие духом». Там сказано, что счастливы «нищие». Таким образом, мы видим, что слова, приписываемые Христу, несмотря на их различие, имеют один источник – кумранские тексты, где использованы оба эти определения в отношении членов общины.

КУМРАН И ХРИСТОС

Все четыре Евангелиста упомянули, что Иоанн крестил Иисуса. Согласно Матфея 3:12, Иоанн при этом заявил: «Я крещу вас в воде в покаяние, но Идущий за мною сильнее меня; Он будет крестить вас Духом Святым и огнем; лопата Его в руке Его, и Он очистит гумно Свое и соберет пшеницу Свою в житницу, а солому сожжет огнем неугасимым». Столь воинственный наглядный пример сразу же напомнил кумранское Первое Послание Еноха 8:27: «Как солома в огне, они сгорят пред лицом праведных» (1 Енох. 8:27).

Все четыре Евангелиста излагают учение Иоанна Крестителя таким образом: «Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему» (Марка 1:3). Это прямая цитата из Исайи (Ис. 40:3) и одновременно одна из ключевых фраз в теологии кумранитов. В «Серех а-яхад», то есть в «Уставе общины», эта фраза звучит так: «В пустыне проложите дорогу, выровняйте в степи Путь нашему Богу» (VIII:14). Соответственно, сами кумраниты называли себя избранниками «Пути» (IX:18), а предателем являлся всякий, кто «отклонился от Пути».

Это же знаковое слово «путь» продолжило свое существование в том же самом качестве, только применительно к учениям Христа, в Новом Завете (Деяния 19:23; 22:4; 24:14,22). Такое самоназвание, как «следующие Пути», мы находим только у кумранитов и христиан. Призыв «Приготовьте Пути Господу» являлся маркером воинственной кумранской идеологии, и именно его подхватил Иоанн.

Как тут не вспомнить терминологию Свидетелей Иеговы, которые называют исполнение своей роли в культовом бытие не иначе, как «путь истины». Это выражение настолько вошло в их обиход, что его относят даже к детям. Например, в журнале «Сторожевая Башня» за 15 сентября 2014 года (стр. 19) говорится, что «низкопробные развлечения» могут довести ребенка до того, что «он может незаметно сойти с пути истины». Столь кучное и повсеместное использование термина «путь» один в один копирует практику кумранской общины, особенно, когда речь заходит о том, что любой, «сошедший с пути», становится отступником и изгоем.

Иисус обещал последователям, что некоторые из них «не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие» (Марка 9:1). Он многократно обещал реализовать то, что говорилось о Царстве Бога в текстах Кумрана. Даже в ответ на вопрос первосвященника Каиафы «Ты Мессия?», Иисус дословно процитировал «Свиток Войны Сынов Света против Сынов Тьмы»: «Я; и вы узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных» (Марка 14:62).

 Последователи основателя кумранской общины Цадока («Праведника») верили, что для них «настанет свет и они наследуют землю; а для вас, нечестивые, наступит проклятие» (1 Енох. 1:20). Иисус использовал схожую терминологию: «Праведники (т.е. цадиким) воссияют, как солнце», а злые будут «ввергнуты в печь огненную; там будет плач и скрежет зубов» (Матфея 13:42).

Более того, Иисус обещал «цадиким» материальное вознаграждение, опять же вторя кумранским текстам: «Ныне, во время сие, среди гонений, во сто крат более домов, и братьев, и сестер, и отцов, и матерей, и детей, и земель» (Марка 10:29,30).

Подобные высказывания всегда вызывали недоумение читателей. Не случайно рукописи Нового Завета за века претерпели огромное количество корректив со стороны церковных переписчиков, неудовлетворенных содержанием различных отрывков Евангелий. Со времен Блаженного Августина (IV-V века до н.э.), который постановил, что если вас что-то смущает в словах Христа, то это следует понимать аллегорически, ничего не изменилось. Религиозные группы, включая Общество Сторожевой Башни, чего только не понапридумывали, трактуя сложные места Писания на самый разный лад. Однако вряд ли слушатели Иисуса Христа, обычные люди, понимали сказанное как-то иначе, нежели в буквальном смысле. Тем более, что Иисус не сказал ничего странного: «ныне, во время сие», каждый праведник (цадиким) будет иметь процветание в своем народе и более чем достойное материальное вознаграждение. Об этом можно прочитать в любом кумранском тексте.

Проблема многих высказываний Иисуса Христа вовсе не в их сложности, а в том, что они не соответствуют системе взглядов, наработанных христианством за многие века. И сегодня приходится разве что фантазировать на тему «духовного» понимания этих самых высказываний. Однако если к словам Христа относится без предубеждений и фантазий, то его образ в глазах читателя непременно претерпит кардинальные изменения, приблизившись к оригиналу.

Еще одна интересная параллель между Кумраном и Христом находится в тексте из Марка 11:9, где описана толпа, постилающая перед Иисусом одежды со словами «Осанна! Благословен грядущий во имя Господне». Свидетели Иеговы утверждают, что слово «осанна» произошло от выражения «спаси, пожалуйста» («Рабочая тетрадь» за март 2018 года). Однако этимология данного слова иная. Это греческий эквивалент арамейского просторечия «освободи нас». То есть речь идет об освобождении, а не спасении. И именно свободу, согласно сообщению Иосифа Флавия, «четвертая секта» ставила «превыше всего». Имелось в виду освобождение от правителей, поскольку, как считали кумраниты, Израилем должен править исключительно Господь.

Надо понимать, что Евангелия, как и прочие книги Нового Завета, написаны на языке, который Иисус никогда не использовал (как и кумраниты). К тому же написаны они были спустя сорок и более лет после казни Христа. Поэтому определенные ситуации интерпретированы таким образом, что понять их без дополнительных исследований не так-то просто. К тому же в христианском мире за столетия наработались шаблоны «понимания», которые имеют свободное хождение из религии в религию, из секты в секту. К примеру, ситуация, предшествовавшая крикам толпы «Осанна», переданная древним греческим текстом, создаёт иллюзию того, что одинокий проповедник Иисус неожиданно встречает счастливую и объединенную толпу, перед этим совершенно спокойно забрав у ничего не подозревающих хозяев осла, чем «исполнил пророчество». Однако, если проанализировать ситуацию с позиции фактов, картина становится совершенно иной.

Время Пасхи, — а именно в этот день Иисус пришёл в Иерусалим, — крайне неспокойное. Количество людей в не самом густонаселенном городе увеличивалось кратно, достигая миллиона. Среди них совершенно естественно было встретить тех, под накидками у кого имелись клинки.19 Атмосфера становилась не радостной, как хотят нас убедить авторы религиозных книг и журналов, а не на шутку накаленной, ведь в городе встречались все возможные группировки иудаизма, в том числе самые крайние с точки зрения идеологии, — то, что сегодня назвали бы экстремизмом. И об этом знали все. То, что Иисус совершенно спокойно смог забрать у хозяев осла и — на фоне бурлящего во всех смыслах города — въехать на нем перед некоей объединенной толпой, которая синхронно скандировала ему, говорит лишь об одном — мы имеем дело с категорией людей, обладающих определенным весом в обществе и объединенной платформой, и чьи права на собственность игнорировались. Именно таковой являлась практика «собрания Кумран» — они обязаны были предоставить любую собственность в распоряжение общины и лидеров, а их влияние было настолько широко, что Иосиф Флавий выделил их в отдельную группу, поскольку они, вторя словам из Луки 23:5, «возмущали народ, уча по всей Иудее». В это можно верить или нет, но существуют «жестокие» факты. Явно, что речь шла не об одиноком проповеднике, а о человеке, имеющем неукоснительный авторитет среди определенной прослойки тех, кто находился во взрывоопасном городе.


19. В «Переводе нового мира» говорится о том, что «один из стоявших рядом [с Иисусом] выхватил свой меч, ударил раба первосвященника и отсёк ему ухо» (Марка 14:47). Конечно, речь идет не о мече, а о клинке, который имели не только соратники Христа, но и многие другие мужчины, придерживающиеся крайне ортодоксальных взглядов. Иллюстрации ОСБ, на которых соратник Христа держит в руках реальный меч, говорят о полном непонимании того, что они читают в Библии. Однажды Иисус сказал: «У кого нет меча, пусть продаст свою верхнюю одежду и купит меч» (Луки 22:36, ПНМ). Это говорит об обыденности данного «товара». История древнего Израиля знает множество случаев, в том числе из летописи Маккавеев, когда в Иерусалиме и даже в храме происходила резня, поскольку мужчины пускали в ход спрятанные под полой клинки.

Таким образом, не только высказывания Христа и общая текстура Нового Завета, но и конкретные случаи, описанные гораздо позднее «стерильным» языком евангелистов, приводят нас в связь с кумранскими свитками.

Описание последующих библейских событий вызывает ещё больше вопросов. После встречи со счастливой толпой Иисус посещает Храм. «Иисус, войдя в Храм, начал выгонять продающих и покупающих в Храме; и столы меновщиков и скамьи продающих голубей опрокинул. И не позволял, чтобы кто пронес через храм какую-либо вещь. И учил их, говоря: не написано ли: дом Мой домом молитвы наречется для всех народов? а вы сделали его вертепом разбойников» (Марка 11:15–17).

Давайте вновь обратимся к реальному антуражу описываемых событий. Евангелист Марк, которого многие библеисты давно уже заподозрили в минимализме, то есть в стремлении ограничить описание внешней стороной действа, абсолютно игнорирует атмосферу, которая неминуемо присутствовала в тот момент.

Только представьте себе: на фоне фанатично настроенной толпы города, ставшего миллионником, да ещё разрозненным по религиозным понятиям, прямо в самом центре, то есть в Храме, Иисус не только переворачивал столы и не позволял пронести ни единой «вещи» — в одном из грандиознейших сооружений того времени,20  — но и находился там продолжительное время. Если человек не имеет элементарного понимания ситуации, его легко провести и внушить, что в данном конкретном случае Иисус действительно мог так поступить. Он мог так поступить, но при одном условии — существовании мощной поддержки.


20. Общая площадь комплекса Храма составляла 14,4 га. Храм окружали две гигантские стены, причём только в одной из внутренних стен наличествовало девять ворот. И сюда стекался весь город. Храм состоял из галерей и дворов, которые вбирали в себя неимоверное количество паломников. На иллюстрациях Свидетелей Иеговы Храм практически пуст, и Иисус свободно передвигается перед менялами и лотками торговцев. Но такая картина абсолютно не соответствует действительности.

Дело в том, что помимо огромной толпы, Храм имел мощную левитскую охрану, которая локализовала бы любую нестандартную ситуацию. Даже ночью окружение Храма контролировалось специальной бригадой из левитов. И эти вооруженные бригады были настолько боеспособны, что начальник храмовой стражи Елеазар бен Анания оказался одним из руководителей восстания в Иерусалиме в 66 году.

«Кто мог контролировать столь огромный охраняемый комплекс, чтобы не оказалось никакого препятствия на пути Иисуса выгонять оттуда менял и торговцев?» Это вопрос, который возникал в сознании исследователей, понимающих сложившуюся на тот момент ситуацию.

  Храм действительно представлял из себя самый успешный Банк Древнего Востока. Во-первых, там оставляли свои депозиты в виде денег или натуры еврейские «олигархи». Во-вторых, паломники являлись потрясающим средством для спекуляций, обменивая свои валюты и покупая жертвоприношения прямо у стен Храма. Как пишет Юлия Латынина, «масштаб жертвоприношений был так велик, что путь в Иерусалим был усеян целыми поселениями с гигантскими искусственными пещерами-голубятнями. Эти промышленные иудейские птицефабрики работали на одного потребителя: паломника, который покупал птицу, чтобы принести ее в жертву в храме. Одних ягнят на Пасху требовалось около 250 тысяч. Счет голубям шел на миллионы».

Жертвы животных исчислялись миллионами, и на этом фоне Иисус совершенно свободно выкидывал всех из Храма. Но менялы выполняли важную функцию — вместо римских монет они выдавали монеты храмовые. Использование монет с изображением римского императора являлось для иудея идолопоклонством, и покупка жертвы могла совершаться только по местной валюте. В отличие от Евангелия Марка, в Посланиях Ездры подобная деятельность никак не осуждается. К этому присовокупим то, что каждый иудей был обязан платить налог в храмовую сокровищницу — корбан. Тем более на Пасху. Такое двойное налогообложение в пользу Рима и Храма лежало на всей Иудее. Естественно, корбан мог быть внесён исключительно в местной валюте. И, конечно же, данный бизнес являлся монополией первосвященника и политической элиты Иудеи. Мог ли Иисус разгневаться на весь этот торговый уклад? Конечно. Однако, учитывая реалии инфраструктуры Храма, интересы местных воротил, наличие разнородной толпы и беспрецедентную охрану, насколько реалистично для почти что одинокого проповедника устроить здесь самый настоящий переворот? И опять же, ответ может быть только один: такое возможно при мощной поддержке, ведь Иисус не просто совершил самый настоящий погром, но совершенно спокойно возвратился в Храм на следующий день.

Согласно Марка 12:41, на следующий день Иисус мирно наблюдал за людьми, несущими деньги в сокровищницу, среди которых была и небезызвестная нам бедная вдова. Иными словами, находясь во внутренней части комплекса в Женском Дворе, Иисус вольготно сидел прямо напротив основного финансового потока, хотя за сутки до этому учинил погром местных спекулянтов. Такая идиллическая картина на фоне описанной нами реальной ситуации, приводит к ещё большим вопросам.

В декабре 1905 года в Оксиринхе (Египет) было найдено неизвестное доселе древнее Евангелие, которое подает нам историю с Храмом в несколько ином свете. К примеру, в нём говорится, что священнослужитель упрекнул Иисуса за его неуважение к элементарным иудейским законам, ведь «он ходил в этом чистом месте и созерцал священные сосуды, хотя не омылся и даже стопы учеников не были омыты». За подобную выходку любому иудею грозила бы смертная казнь. Но только не в этом случае. Всё это опять же говорит нам не столько о всенародной любви к Иисусу, сколько о его вполне осязаемых возможностях удерживать под полным контролем ситуацию в охраняемом и бурлящем комплексе.

Кумранская община имела своих ставленников по всей Иудее. Могли ли они стать той силой, которая помогала Иисусу чувствовать себя столь вольготно в условиях опасности и непредсказуемости?

Тут следовало бы вспомнить еще один библейский эпизод. Благодаря Свиткам Мёртвого моря мы сможем посмотреть на него с более реалистичных позиций. Основатель «четвертой секты» Иуда объявил позором то, что «иудеи мирятся со своим положением римских данников». В несколько ином виде данный тезис мы можем найти и в Евангелиях. Ненависть кумранитов к римским деньгам и их сборщикам нам сегодня хорошо известна. Для них они являлись תּוֹעבָה‎, т.е. мерзостью, чем-то отвратительным и несносным. И, как ни странно, в Новом Завете мы не находим ни единого упоминания о том, чтобы Иисус лично пользовался деньгами. Однажды его попросили уплатить налог, но он даже не прикоснулся к монете. Он лишь попросил Петра поймать рыбу, достать из её рта римский номинал и передать сборщикам (Матфея 17:27).

В другом случае Иисуса спросили по поводу уплаты государственных налогов. Опять же, нигде не говорится, что Иисус взял римскую монету в руки. Он лишь сказал: «Принесите Мне денарий, чтобы Мне видеть его. Они принесли. Тогда говорит им: чье это изображение и надпись? Они сказали Ему: кесаревы. Иисус сказал им в ответ: отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу» (Марка 12:15–16).

  Религиозные группы, в том числе Свидетели Иеговы, придают данному отрывку тот смысл, что необходимо платить налоги и исполнять прочие законы кесаря до тех пор, пока они не входят в противоречие с законами Бога. Однако в свете кумранских рукописей, исторических данных и непосредственного отношения Иисуса к деньгам, в его ответе можно расслышать совсем иное: эту мерзость верните туда, откуда она пришла, поскольку она не имеет ничего общего с Божиим. Считалось, что римские деньги — это, в том числе, плата от проституток и гомосексуалистов. То есть, в буквальном смысле תּוֹעבָה‎ — мерзость!21


21. В древнем трактате Авода Зара (части Вавилонского Талмуда) описана ситуация, при которой ученик Иисуса Иаков задает вопрос по поводу того, можно ли использовать римские деньги для строительства туалета первосвященнику, ведь согласно Второзаконию 23:18 нельзя вносить «денег блудницы и цены пса [гомосексуалиста] в дом Господа». По словам Иакова, Иисус учил, что деньги «пришли из места мерзости, и должны вернуться в место мерзости». Так что для отхожего места они вполне сгодятся, особенно в свете того, что пост первосвященника занимали религиозные шарлатаны.

Справа вы можете видеть иллюстрацию из книги ОСБ под названием «Самый великий человек» (рассказ 108), на которой Иисус держит в руках римский динарий. Однако, еще раз повторим, ни в одном отрывке Нового Завета вы не найдете ни единого упоминания о том, что Иисус вообще прикасался к деньгам. Он относился к ним как к мерзости, с которой не имел ничего общего. В его словах вряд ли можно найти тот положительный подтекст, который им приписывают авторы Сторожевой Башни. В Евангелии от Марка говорится, о том, что ему принесли «денарий, чтобы видеть его», то есть разглядеть, но не брать в руки.

События вокруг Пасхи поднимают новые вопросы, но мы не будем подробно касаться каждой детали, поскольку это заняло бы несколько книг. Нас интересуют исключительно те нюансы, которые неминуемо приводят нас в связь с кумранской идеологией.

В Пасху в Иерусалим возвратился Понтий Пилат, римский ставленник в Иудее. Силой своих войск он навёл порядок в городе, из которого исходила угроза. Религиозные лидеры заявляли, что Иисус вызывает мятеж в народе. Вряд ли это было бы возможно, будь он одиноким странником с горсткой миролюбивых учеников, раскидывающих по улице пальмовые веточки. Согласно сохранившимся рукописям Евангелия от Иоанна (18:3) за Иисусом явилась римская «когорта» (σπειραν), то есть отряд численностью от 400 до 600 воинов. Столь внушительное подразделение ради всего лишь одного миролюбивого проповедника и его нескольких компаньонов. Можно ли в это поверить, если принять версию Сторожевой Башни?22 Или всё-таки, мы имеем дело с куда более серьезной силой, стоявшей за Христом?


22. В «Переводе нового мира» говорится: «Взяв у старших священников и фарисеев отряд воинов и стражников». Создается впечатление, что этот отряд имел прямое отношение к «старшим священникам и фарисеям», что невозможно. Как сказано в редакции Кулакова, это был «отряд римских солдат и храмовой стражи, посланной первосвященниками и фарисеями». Использованное греческое слово подразумевает огромный отряд, когорту. Если проанализировать текст манускриптов, то становится очевидным, что религиозные деятели лишь воспользовались силами Понтия Пилата, без участия которого такого бы не произошло. Цель Пилата была стабилизировать обстановку, накалившуюся за время его отсутствия. Показательно, что ни одна публикация ОСБ, в том числе энциклопедия «Понимание Писания», никак не поясняет появление столь крупного военного подразделения в случае с арестом Христа.

Мы уже заметили, что в ответ на вопрос Синедриона23 «Ты ли Мессия, сын Благословенного?», Иисус процитировал кумранский текст «Книги Войны Сынов Света против Сынов Тьмы»: «Я; и вы узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных». Это была несказанная ересь, покушение на идею единственного трансцендентного Бога. Однако практически все тексты Кумрана, между строк или напрямую, предлагают поставить рядом с Божьим троном ещё один трон — мессианский, Давидов, в сопровождении ангелов. Для фарисеев и других представителей религиозной элиты само понятие «двух властей на небе» являлась кощунственной.


23. Здесь речь идёт не о буквальном Синедрионе. Мы видим чрезвычайную встречу, которую могла инициировать религиозная элита в исключительных случаях, а таковых в истории Израиля было немало и касались они, как правило, бунтовщиков Такую встречу можно назвать более понятным для нас термином «трибунал» с участием членов Синедриона. Иосиф Флавий писал, что этот орган имел огромную автономию от Рима и мог казнить даже римского гражданина, если тот войдет во внутренние дворы Храма.

Информация евангелиста Марка крайне скупа. Например, он пишет, что Иисуса ложно обвиняли «во многом». Ясно, что он использовал какой-то авторитетный письменный источник, из которого отцедил «нужную» информацию, не давая читателю узнать весь объем того «многого», о чем шла речь. Мы смогли бы составить куда более полную картину событий вокруг Христа, но нам попросту не позволяют этого сделать.

В Марка 15:6 мы находим такое утверждение: Пилат «по праздникам обычно освобождал одного заключённого, за которого просил народ». Истории не известен ни один случай, когда римский префект или иное должностное лицо куда более высокого ранга, имел «обыкновение» отпускать преступников, идя на поводу фанатичной толпы, да ещё в ненавистной для себя провинции. Это противоречит всем законам римской государственности еще и потому, что самым страшным преступлением является посягательство на титул императора, а в случае с Христом мы имеем именно это. Человек, который не отрицает того, что он «Царь Иудейский», априори подписывает себе смертный приговор. И никакой Пилат тут уже не поможет, даже если у него действительно появилось бы подобное желание. Пилат явился в Иерусалим, чтобы подавить мятеж и вдруг предлагает его зачинщика, на поимку которого отправлял целую когорту, отпустить на все четыре стороны. А затем, всё-таки отпускает Варавву (это прозвище, означающее «Сын Отца»), который также прославился как мятежник (Марка 15:7). Откуда взялась такая версия событий, остается одной из невероятных загадок Нового Завета.24


24. Это был заключительный период правления императора Тиберия. Оно ознаменовалось потерей гражданских свобод, а также огромным числом процессов по обвинению в нарушении закона об оскорблении величия. Бесчисленные ссылки, конфискации имущества и казни коснулись даже членов сената. Тиберий был крайне подозрительным даже в отношении ближайшего окружения. При таком параноидальном правлении говорить о поблажках бунтовщикам или тем, кто посягал на власть, тем более на уровне римской периферии, просто немыслимо. Армия тут же решала бы любые возникшие проблемы.

В Луки 13:1 говорится: «Были люди, которые рассказали [Христу] о галилеянах, чью кровь Пилат смешал с кровью их жертвоприношений». В книге ОСБ «Самый великий человек» (гл. 79) данный эпизод трактуется так: «Вероятно, эти галилеяне были убиты, когда тысячи иудеев собрались, чтобы выразить свое недовольство по поводу того, что Пилат использовал деньги из сокровищницы храма на постройку акведука». Пусть подобные «объяснения» останутся на совести авторов, но всё было не так. На самом деле галилеяне могли массово приносить жертвы исключительно на Пасху и на территории Храма. И «смешать галилеян с кровью их жертвоприношений» Пилат мог только там. Таким образом, он уже имел «пасхальную» репутацию, далекую от того, чтобы миловать бунтарей на радость иудеям.25


25. Возникает вопрос: кто такие «галилеяне»? Ответ Сторожевой Башни таков: жители Галилеи. Интересно, каким образом Пилат выискивал в толпах паломников жителей Галилеи, если в те время паспорт и прописка не практиковались? Это наводит на единственную мысль о наличии группы, называемой евангелистами «галилеяне». Следующий пример дает нам дополнительные сведения об этой группе, опять же, крайне скупые. В Луки 13:4,5 мы читаем слова Христа: «Или думаете ли, что те восемнадцать человек, на которых упала башня Силоамская и побила их, виновнее были всех, живущих в Иерусалиме?» Эти слова стали продолжением примера про галилеян. Но как могла рухнуть оборонительная башня, которая являлась стратегическим объектом, находящимся под контролем армии? Это возможно лишь в случае её захвата и последующего ответного штурма, или подобного силового форс-мажора. Если только убитых оказалось 18 человек, то что говорить о величине трагедии в целом? Как пишет Юлия Латынина в своей исследовательской работе, «высказывание Иисуса о Силоамской башне и избиении Пилатом галилеян в храме заставляет нас предполагать, что в правление Понтия Пилата в Иерусалиме произошли серьезные беспорядки, связанные с попыткой захвата по крайней мере двух ключевых укреплений: храма и Силоамской башни». Такое развитие событий нисколько не удивляет историков, и мы видим два конкретных примера, связанных с организованной и вполне целеустремленной силой «галилеян» (т.е. иноверцев, сектантов), о которой евангелисты дают лишь отрывочные сведения. Тем не менее, что особенно важно, Иисус говорил о них исключительно в положительном ракурсе. В середине II века о «секте галилеян» писал раннехристианский автор Егесипп. А во второй половине IV века «галилеянами» называл теперь уже самих христиан римский император Юлиан II.

ОТКРОВЕНИЕ ИЛИ ПЛАГИАТ?

Иоанн, написавший книгу «Откровение», как мы заметили ранее, вторил известному произведению жителей Кумрана под названием «Свиток войны Сынов Света против Сынов Тьмы».

Во-первых, заметим, что в ней полностью отсутствует термин «христианин», который по версии Сторожевой Башни, уже был в ходу среди христиан, хотя это не так. Зато задействована терминология кумранитов в отношении последователей Мессии, а именно — «святые», «цари и священники». Более того, Иоанн называет глав семи малоазиатских церквей «ангелами», что также полностью гармонирует с идеологией «четвертой секты». В ней всячески поддерживалось мистическое представление о людях-ангелах и людях-святых, которые сражаются плечо к плечу с Мессией. Также прямые параллели прослеживаются в описании «двух светильников», которым предстоит умереть и ожить.

Авторы ОСБ утверждают, что 66 книга Библии, «Откровение», была написана в самом конце I века н.э. Но доказательств этому не существует, зато можно смело говорить о другой дате написания – 60-годы, то есть в период правления Нерона. В конце I и на протяжении следующих веков книга «Откровение» считалась еретической и не признавалась ранними течениями христианства. Именно поэтому данное произведение относили к более позднему периоду. Сама книга, помимо того, что копирует многие идеи кумранских свитков, написана на чудовищном греческом, и сразу становится понятно, что для автора этот язык никак не мог быть родным. Тем не менее, в IV веке церковь согласилась внести «Откровение» в канон, хотя подобных апокалипсических рассказов существовало немало. Например, наиболее известной и общепризнанной работой являлся «Апокалипсис Петра», который долгое время признавался и официальной церковью, однако позднее священники «забраковали» его.

В энциклопедии ОСБ «Понимание Писания» говорится, что по времени написания первой книгой Нового Завета стало Евангелие от Матфея (в 41 году), затем 15 лет спустя было написано Евангелие от Луки, и лишь 60—65 г.г. появилось Евангелие от Марка. Такая позиция вторит тому, чему учат в католических школах. Однако на самом деле Евангелие от Марка было написано первым, а книга «Откровение», написание которой якобы относится к 98 году, наоборот, появилась более чем тремя десятилетиями ранее. В догматике Общества Сторожевой Башни так много из католицизма с её традиционными верованиями, что диву даешься, но сами Свидетели Иеговы об этом даже не догадываются.

Раз уж мы заговорили об Евангелие от Марка, очень коротком и упрощенном по своей сути, то довольно забавно в ней выглядит концовка. На это обратили внимание очень многие исследователи Нового Завета и возникал вопрос, что за текст должен был находиться далее, но его там нет.

В Марка, в конце 16 главы мы читаем: «[Женщины] вышли из памятного склепа [где лежал Иисус] и побежали, потому что их охватил страх и сильное волнение. И они никому ничего не сказали, потому что боялись».

Далее следуют более поздние вставки, а первоначальный текст исчезает. Почему? Может быть только одно объяснение: этот текст не соответствовал взгляду на апостолов или же самого Христа, принятый в церкви IV века и последующих веков.26 В действительности, мы сегодня имеет такое количество разночтений в найденных произведениях Нового Завета, и такое количество вставок текстов, что подчас довольно сложно разобраться, где и что было удалено.27 


26. Еще одной из таких загадок Нового Завета является книга «Деяния апостолов», в которой в основном рассказывается об одном апостоле — Павле. Многое в ней является если не фантазией, то крайне сомнительным по своему содержанию. К примеру, несколько поездок, которые якобы совершал Павел, в том числе в Иерусалим на встречу со старейшинами, на самом деле не могли происходить, поскольку с точки зрения времени описанных событий противоречат тому, что сам Павел написал, например, в послании к Галатам. О несоответствии этих книг давно известно, однако в религиозных кругах, включая ОСБ, находят массу отговорок и сами дорисовывают карты путешествий апостола Павла. В реальности, мы сталкиваемся с банальными фальсификациями вследствие противостояния Павла и Иакова, имевшего гораздо больший авторитет, но чья личность игнорируется автором «Деяний». В этой работе мы не будем подробно останавливаться на идеологии апостола Павла и его мотивах, поскольку это отдельная, большая и интересная тема.

27. См. статью под названием «Канон: почему его признало ОСБ», опубликованную в «Ежегоднике 2019» и на сайте «Некуда Идти». 

Новый Завет в том виде, как его объединила в канон Церковь, представляет из себя довольно странное произведение. Авторы текстов, попавших в канон, не объясняют ключевых моментов истории. Нам приходится бесконечно домысливать, и личность Христа становится оторванной от реального контекста событий. С другой стороны, труды, в которых этот самый исторический контекст проявляется куда четче, не вошли в канон.

Но даже то, что мы имеем, говорит об удивительной связи Иисуса, его окружения с «четвертой сектой», которая, согласно труду II века н.э. под названием «Псевдо-Климентины», к 36 году имела разветвленную сеть и три мощных фракции, которые, тем не менее, сохраняли единство. К какой из них тяготел Иоанн Креститель и Христос, мы не знаем, но такая связь слишком очевидна, чтобы её не замечать. Однако стерильные тексты «канонических» Евангелий не дают нам возможность видеть шире и глубже.

К сожалению, сегодня не является тайной тот факт, что ранние христиане занимались очень неблаговидным делом, а именно уничтожением текстов, направленных против них, и созданием фальшивок, таких как доклады Понтия Пилата императорам Тиберию и Клавдию, переписка Павла с Сенекой, рескрипты Тиберия и Марка Антония об уничтожении врагов христиан, послание о крещении апостолом Петром Нерона, и многие другие исторические фэйки. На этом фоне вставки и удаления в текстах Нового Завета кажутся вполне обыденной вещью.

Итак, рассматривая документы, которые многие века скрывали кумранские пещеры, мы смогли проследить весь путь написания Ветхого Завета и вновь вернуться в Кумран, где процветала объединенная религиозная община, имевшая свое влияние даже на Иисуса Христа.

В этом и состоит прелесть и значение свитков Мертвого моря!

Когда вы читаете в журнале «Пробудитесь!», что «первые книги Библии были написаны Моисеем» (выпуск за декабрь 2011 года, стр. 4), или в журнале «Сторожевая Башня», что «книга Левит была написана около 3 500 лет назад» (выпуск за ноябрь 2019 года, стр. 20), не верьте. Первые книги Библии Моисей никогда не писал, а книга Левит получила свое первое дыхание лишь в VIII веке до н.э., а окончательную критическую редакцию выполнил Ездра в V веке до н.э.

Мы благодарны ученым, которые помогли нам ответить на многие вопросы касательно истории возникновения древнееврейских книг, их политической эволюции и влияния на процесс становления христианства.

Но вопросов никогда не будет мало. Они всё еще остаются и ждут своего часа. 


ОДОБРЕННЫЕ К ЧТЕНИЮ

Если спросить Свидетеля Иеговы по поводу даты создания канона Ветхого Завета, то ответ будет примерно следующим: «Ко времени прихода Христа канон уже существовал».

Однако нет ничего более далекого от истины.

Во времена Иисуса Христа никакого канона не существовало. Имели хождение отдельные редкие свитки, никак не связанные между собой.

Ряд книг т.н. «Ветхого Завета» не признавались абсолютным большинством древнееврейских общин. К ним относятся Екклесиаст, Песни песней Соломона, Есфирь и некоторые другие. Тем не менее к концу IV веке н.э. католическая церковь решила создать свод книг, которые бы официально признавались как одобренные к чтению. Создание канона продолжалось вплоть до IX века. Свою роль в этом процессе сыграли и политики того времени. Естественно, евреев никто не спросил относительно их взгляда на этот вопрос. В итоге «боговдохновенными» были признаны в том числе те книги, которые многими не признавались, и наоборот, труды, имевшие широкое хождение в древнееврейской среде, оказались либо апокрифами, либо вообще отсутствовали.

Но это далеко не вся правда о каноне.

Вплоть до 1970-х годов (!) споры о содержании канона, причём на уровне Ватикана, не прекращались. То есть на протяжении 1600 лет содержание католического канона Ветхого Завета подвергалось критике. Таким образом, утверждать, что Ветхий Завет в его современном виде есть творение Бога — слегка наивно. В таком случае придется признать и тот факт, что Католическая церковь — истинная религия, поскольку именно она решилась на создание канона. Но даже сегодня содержание Библий внутри самой католической церкви может быть разным. Примером тому служит Эфиопская Библия.

Общество Сторожевой Башни солидаризировалось с католиками относительно канона, поскольку любая критика в этом направлении выбивает фундамент влияния и власти из-под их ног.  


История Нового Завета