АЛКОГОЛИЗМ И СТОРОЖЕВАЯ БАШНЯ

Автор статьи Джон Редвуд

На нем мятый светло-коричневый плащ, плотно натянутый на выступающий живот, его голубая рубашка расстегнута сверху и заправлена в брюки. Черные штаны свисают до самых лодыжек, классические туфли заменены на черные кроссовки. Двигая магазинную тележку, полную бутылок виски, он присматривается на коллекцию «Jameson Scotch».

Он не бездомный. Он не голоден. Он — Энтони Моррис, дерзкий, прямолинейный, часто противоречивый со-лидер мирового религиозного движения, известного как Свидетели Иеговы. Когда Тони не сидит за столом интернет-программы «JW Broadcasting», он летает по всему миру, одетый во всё стильное — в полосатые костюмы с шелковыми карманными платками и с золотыми украшениями.

Но не сегодня. Сегодня Тони — просто человек, который пересекает границу между Нью-Йорком и Нью-Джерси и покупает по крайней мере дюжину бутылок очень дорогого алкоголя в «Ramsey Bottle King» на трассе 17.

В Рамси идет сильный дождь. Тони, одетый в черную кепку завсегдатая ипподрома, горбится под собственным весом, толкая загруженную бутылками тележку на парковку. Наконец, ему удалось втиснуть всю эту дорогущую выпивку на заднее сиденье своего белого «Кадиллака». Он уезжает, по-видимому, обратно в супербогатый корпоративный штаб Свидетелей Иеговы.

Это воскресное, утро, 11 часов. Вероятно, в этот момент многие Свидетели бродят с журналами по сонным городам Америки, таская за собой таких же не выспавшихся детей. У Тони более благородная миссия, и он её с успехом выполнил. Со стороны всё это выглядело так мило и привычно.

Ни для кого не секрет, что употребление алкоголя в филиалах Свидетелей Иеговы по всему миру — это не только любимое времяпрепровождение, это обряд. Свидетели берут свой пример из библейского отрывка 1-й главы Тимофея 5:23, где говорится: «Впредь пей не одну воду, но употребляй немного вина, ради желудка твоего и частых твоих недугов».

Это своеобразный карт-бланш на прием алкоголя, независимо оттого болит у тебя живот или нет. Конечно, Свидетели предостерегаются он неумеренности. Но что такое умеренность? Это просто слово, а его определение субъективно.

Мои самые близкие друзья окончили среднюю школу еще в 1980-х годах. Один за другим они подавали заявления и были приняты — нет, не в университет, а в комплекс Всемирной штаб-квартиры Свидетелей Иеговы. Это считалось высшей целью, которую мог достичь молодой Свидетель. Некоторые из них все еще там.

Я столкнулся с давлением на предмет того, почему не подаю заявку на служение в «Вефиль». Я разрывался между заветными для членов ОСБ «мекками» и свободной жизнью в реальном мире. Один старейшина в моем собрании, который провел там целых шесть лет, как-то сказал мне: «Вефиль — не рай, не обольщайся. Там много политики, гомосексуализма и стресса. И вряд ли ты получишь работу, которая тебе будет по душе». Минусы перевесили плюсы, а я забил на это.

В течение многих лет я посещал по выходным Бруклинский комплекс, исследуя туннели и мосты, которые соединяли все еще расширяющуюся сеть недвижимости. Он был куплен за сотни тысяч, а затем продан за сотни миллионов.

Я представлял себе единство, доброту, дружбу — рай среди беспокойного и жестокого мира вокруг. Мне нравились чистые, ухоженные здания — отчасти благодаря моему другу Рэймонду. Рэй был талантливым писателем, но каждый день ему приходилось болтаться на строительных лесах, напряженно смывая грязь, налипшую на недвижимое богатство Сторожевой Башни. Он ненавидел эту работу.

Рэймонд и другие мои друзья, «служившие» в Бруклине, быстро пристрастились ко вкусу алкоголя. Раньше я даже не подозревал об этом, но это действительно происходило. Для меня это стало подтверждением того, что Вефиль — вовсе не утопичный рай. В то время как уборщицы на этажах обязаны были сообщать о любой «сомнительной» музыке или книге, найденных в комнатах общежития, на бутылки виски и бурбона никто не обращал никакого внимания. Алкоголь являлся для них своеобразным средством самозащиты.

Всё началось еще во времена второго Президента ОСБ Джозефа Рутерфорда. Все знали о его пристрастии к алкоголю. Как писал в своей книге Джеймс Пентон, дошло даже до того, что в 1937 году надзиратель канадского филиала Уолтер Солтер написал Рутерфорду открытое письмо, в котором напрямую обвинил Президента в нескончаемом пьянстве и лицемерии. Солтер подробно описал его горячую любовь к разного рода дорогим алкогольным напиткам и потокам пива, которые приобретались на деньги ОСБ. Как писал Солтер, «он отправляет нас ходить от двери к двери, чтобы встретиться с врагом, в то время как сам бродит от стопки к стопке, и говорит нам, что если мы не будем так поступать, то будем уничтожены».

Одна из совместных фотографий с Рутерфордом (справа), где разливается алкоголь. Все выглядят более чем довольными.

После смерти основателя «Сторожевой Башни» Чарльза Рассела в 1916 году, Рутерфор прибрал к рукам весь контроль над организацией. Год спустя Конгресс США предложил 18 поправку к Конституции, согласно которой запрещалось производство и продажа алкогольных напитков. Конгресс ратифицировал эту поправку в 1919 году. Рутерфорд был в ярости. Он тут же использовал управляемую им религию для откровенных нападок на Антиалкогольную лигу (ASL) — организацию, которая, собственно, и инициировала запрет. Как ни странно, лоббизм ASL был вдохновлен прежде всего евангельскими протестантскими группами, которые предупреждали, что свободное хождение алкоголя наносит непоправимый ущерб и разрушает общество.

Президент «Сторожевой Башни» накинулся с яростной критикой на правительство США. Например, в 1930 году он произнес речь под названием «Сухой закон (и) Лига Наций — от Бога или от Дьявола? Что говорится в Библии?»

В том же году эта пламенная речь было опубликована в виде одноименной 66-страничной брошюре, где политика правительства и религиозные группы, солидарные с ней, обвинялись в пособничестве сатане.

В частности, в своей брошюре Рутерфорд заявил: «Восемнадцатая поправка к Конституции Соединенных Штатов явно противоречит Божьему закону, особенно учитывая то, что Америка претендует на роль христианской нации… Я представил вам ряд библейских текстов, в которых прямо говорится, что Иегова Бог одобряет производство, приобретение или употребление вина. В Библии нет ни одного текста, запрещающего его производство, хранение или употребление».

В 1933 году Конгресс принял 21 поправку, отменяющую 18-ю. Запрет был снят, и Рутерфорд мог покупать алкоголь легально, а не заниматься его контрабандой из канадского филиала.

Правда, жить ему осталось недолго. Вскоре на посту Президента его сменил Нейтан Норр, который занялся активным расширением империи Свидетелей Иеговы, спуская в собрания требования нести больше денег для покупки всё новых и новых зданий в Бруклине. При нём градус остроты алкогольной проблемы нисколько не понизился.

В книге «Отложенный Апокалипсис» Джеймс Пентон писал: «После смерти Рутерфорда употребление алкоголя продолжало оставаться обычным делом в Вефиле, и чиновники Сторожевой Башни, которые могли себе это позволить, устанавливали в кабинетах барные шкафы с дорогими напитками. Даже деловитый Нейтан Норр до сих вспоминается в среде вефильцев, миссионеров и его бывших друзей именно в связи с 20-летним шотландским виски "Белл", который он предлагал именитым гостям. Поэтому употребление алкоголя имеет большое социальное значение в Вефиле, и многие работники, включая высокопоставленных чиновников Сторожевой Башни, регулярно его употребляют».

Более того, «хорошо известно, что у нескольких видных верующих, включая жену члена Руководящего совета и жену ответственного за Служебный Комитет Общества, были серьезные проблемы с алкоголизмом».

Можно привести пример с Ричардом Келли, который прибыл в Бруклин в 1962 году, полный надежд и оптимизма. Он сошел с поезда, остановил такси, и к полудню получил свое первое задание: разбивать бутылки. В своей автобиографии, написанной Келли в 2008 году, он писал: «Они сразу же отправили меня на работу разбивать бутылки с пивом, вином и крепкими напитками в осколки, которые было бы не опознать. Это делалось для того, чтобы мирские люди, которые собирали мусор, не смогли определить количество выпитого в Вефиле алкоголя, а оно было весьма значительным».

Вскоре Келли обнаружил, что употребление алкоголя идет с самых верхов религии Свидетелей Иеговы. Он вспоминает: «К полудню, когда в голове все еще гремел звон разбитого стекла, меня сопроводили к ближайшему пятиэтажному зданию из бурого песчаника. Здесь моей работой было убирать квартиру на втором этаже. Примерно через полчаса я понял, что убираюсь в доме Хейдена Ковингтона. Он являлся адвокатом организации и основным докладчиком… В тот день, в присутствии своей рыжеволосой жены и маленьких детей, Ковингтон явился в костюме, в котором он, должно быть, проспал всю предыдущую ночь, поскольку выглядел так, будто беспробудно принимал на грудь, и тут же выпалил отборные ругательства… Это было мое первое знакомство с двойными стандартами, практикуемыми высшими должностными лицами организации».

Норр, Рутерфорд и Ковингтон.

Догадки Келли в отношении Ковингтона оказались верны. Хейден К. Ковингтон был уроженцем Техаса, родился в 1911 году и умер 21 ноября 1978 года. Хотя Сторожевая Башня с нескрываемым восхищением рассказывала о его судебных победах, однако упоминания в литературе организации о его легендарном алкоголизме отсутствуют. Как и тот факт, что, в конце концов, за абсолютно неконтролируемое публичное пьянство его пришлось лишить общения.

В вышедшей в 2014 году книге «Царство Бога правит!» мы можем найти фото с Ковингтоном (впереди), однако о его реальной жизни не сказано ни слова.

Ковингтон служил главным юристом Сторожевой Башни с 1939 по 1963 год и некоторое время даже являлся единственным не «помазанным» членом Руководящего совета в истории ОСБ, занимая пост вице-президента.

После Норра Президентом ОСБ стал Фредерик Френц. Историю о нём вспоминает Джон Янг, которому на момент прибытия в Нью-Йорк исполнилось всего 19 лет. Несмотря на это, у него были проблемы с алкоголем, хотя он воспитывался в семье Свидетелей Иеговы. На Вефиль он смотрел как на зону, свободную от алкогольных доз, но всё оказалось наоборот.

Поскольку Джона считали одним из наиболее духовных молодых вефильцев, в 1989 году его прикрепили как няньку и опекуна к Президенту Френцу, здоровье которого оставляло желать лучшего. Юноше приходилось наравне со всеми отрабатывать полный рабочий день, а после смены в 18 часов бежать к Френцу. И так ежедневно.

В те годы в штате Нью-Йорк существовал запрет на продажу и употребление алкоголя лицам, не достигшим 21 года. Несмотря на это, Френц часто звал парня и просил: «Хватай мне пиво из холодильника, сынок, и заодно возьми себе».

Джона это очень расстраивало, ведь, по сути, на алкоголь смотрели как на нечто само собой разумеющееся, игнорируя даже официальный запрет в штате. Джон описывает холодильник Френца так: «Это был полноценный холодильник, — не те крошки, которые стояли в комнатах у нас, вефильцев. В нём не было еды, поскольку её приносили отдельно, а только закуски и пиво. Для него было вполне нормальным осушить 4 или 5 сортов пива».

Казалось совершенно естественным то, что любой желающий, кто работает в Вефиле, неминуемо будет иметь свою линейку спиртного, и президент Сторожевой Башни не являлся исключением.

В начале статьи я говорил о своем друге Рэймонде. Мы были близки, когда учились в школе, но потом он уехал в Вефиль, работал там, окончил миссионерскую школу Галаад, служил в Африке, теперь стал областным надзирателем. И всё возрастающая ответственность сопровождалась всё возрастающей любовью к алкоголю.

В этот раз мы встретились вместе с его женой Лесли, удобно усевшись в моем саду с видом на водопад. Они принесли вино, но, в конце концов, перешли на дорогой скотч. Рэй пребывал в отличном настроении, выявляя собой тот самый тип служителя, который одобрен членом Руководящего совета Тони Моррисом — расслабленный, удовлетворенный жизнью, со стаканом дорогого алкоголя в руке.

Однажды Рэймонд и Лесли пригласили меня в гости к разъездному надзирателю. Для нас приготовили превосходные блюда, но сразу же на входе был задан всего один вопрос: «Ты пьешь джин с тоником?»

«Я никогда такого не пил, — ответил я. — Но попробую». И мы выпили. Потом еще и еще. И пошел разговор на тему почему так много Свидетелей Иеговы стали объявлять себя «помазанными», или небесными братьями Христа, которые верят, что скоро станут бессмертными.

Я видел, как мой друг, взваливая на себя очередную ответственность, всё больше погружался в алкоголизм. Впрочем, полагаю, если исследовать жизнь Тони Морриса, то вряд ли найдутся серьезные отличия от жизни Рэя.

Подъем Тони на вершину власти был стремительным и неожиданным. В отличие от него, я был младше, но посещал собрания гораздо дольше, чем он. Он крестился в июле 1971 года, всего за четыре года до предполагаемой даты Армагеддона, объявленной Сторожевой Башней. В собственном рассказе Морриса, опубликованном в журнале «Сторожевая Башня» за май 2015 года, он вспоминает об ужасах Вьетнама, где он служил медиком:

«Пока я ждал братьев и сестер позади Зала Царства, на меня нахлынули воспоминания о войне во Вьетнаме. Я словно почувствовал запах горелой человеческой плоти, как будто увидел льющуюся рекой кровь… От этих воспоминаний меня захлестнули эмоции».

Война во Вьетнаме унесла много жизней и губительно повлияла на многих, вернувшихся домой.

Без сомнения, Тони вернулся из Вьетнама, как и многие другие, с посттравматическим стрессом. И это очень часто приводит к алкоголизму. Алкоголик он или нет — мы пока не знаем. Но зато знаем наверняка, что ошеломленный смертью и разрушениями Моррис проецирует весь этот ужас на 8 миллионов преданных ему последователей по всему миру. Например, в 2018 году, будучи в Тринидаде и Тобаго, своим слушателям он описал Армагеддон такими словами: «Здесь, в Тринидаде, повсюду будут мертвые люди… о, да! Это потрясет тебя. Вероятно, ты упадешь на колени. Но это грядет, — и это реальность».

Я часто размышляю над тем, что приходит в голову человеку, который стал свидетелем кровопролития во Вьетнаме, а затем проецирует такое же насилие на весь мир, но уже от рук Боа как вершителя смерти.

В то время как необразованные и обездоленные Свидетели Иеговы томятся в эритрейских и российских тюрьмах, а детям-Свидетелям настоятельно рекомендуется жертвовать свои деньги, отложенные на мороженое, Моррис и его семь друзей из Руководящего совета потягивают дорогущий виски и наслаждаются всеми благами и богатством религиозной организации с многомиллиардным доходом, расположенной в укрытии пышного леса.

Я не вижу ничего плохого в том, чтобы делиться напитками с друзьями. И, тем не менее, если конец этого мира неизбежен и на карту поставлены жизни, я думаю, что духовный лидер, внушающий всё это, мог бы проявить куда больше осмотрительности и куда меньше снисхождения к самому себе.

Впрочем, я не Тони. Ему видней…

В ПРОДОЛЖЕНИЕ ТЕМЫ